– Я не трус, генерал, я просто рационально мыслю. Я знаю, что у нас нет преимущества перед Цкаром. И знаю, что на помощь нам придут только в случае вторжения в НАШИ земли. Не потому, что нас так любят, а потому что другим странам нужен барьер между собой и Империей. И как бы ни были велики искусство наших полководцев и храбрость солдат, я не верю, что при таком соотношении сил, превосходстве их военных разработок и отсутствии международной поддержки мы сможем победить цкарцев в агрессивной с нашей стороны войне. Да и как мы можем это сделать, если их территория в пять раз больше нашей? Если им понадобится, они смогут отступать бесконечно, укрываясь за отличными естественными укреплениями, сжигая за собой деревни и лишая нашу армию провианта. Много мы сможем поставлять его на чужую территорию? А что делать с партизанским движением, что, несомненно, возникнет, ведь это мы будем завоевателями? Уничтожать мирное население? Эта война обречена на поражение. Или максимум сохранение статус-кво. Так чего ради? Чтобы дать по носу Цкару? Вы готовы жертвовать тысячами жизней с обеих сторон – военных, мирных жителей, бешеной тратой материальных ресурсов ради такого мизерного результата?

– А что вы предлагаете, лэр Тацу? Вы что же, думаете, что можно не замечать всего, что творится на границе? Вы ждете, пока Империя соберет все силы, чтобы ударить по нам всей своей мощью? Не лучше ли нанести превентивный удар, пока еще есть шанс если не победить, то хотя бы ослабить Цкар?

– Почему у вас все сводится к войне, генерал? Сто лет мы балансировали на этой грани и еще сто лет пробалансируем. А по поводу всех сил, генерал, вы неправы. Империя уже долгие годы занимается практически только военным производством. Вся их экономика на это рассчитана. На какое-то время это, безусловно, означает ее подъем, ведь это военные госзаказы, огромные деньги, вкладываемые в производство, причем в основном в крупное, которое мало кто из частников может осилить. Но Цкар уже проворонил свою золотую эпоху. Пока они воевали, это окупалось, но последние пятьдесят—шестьдесят лет они ограничиваются локальными стычками, которые новых источников дохода не приносят. А знаете, что это значит, генерал? Казна постепенно пустеет. А как оплачивать военное производство? Повышать налоги, причем со всех. А это значит, что хиреет мелкий бизнес, беднеет население. Растет недовольство. Можно еще и на качестве экономить потихоньку. Не сразу, конечно, но тем не менее. Империя разрушает сама себя, генерал. Страна не может существовать и быть грозной державой без мелкой промышленности, налаженной торговли, денег в казне, что поступают не путем выбивания и конфискации, а нормально, без многого другого, чего сейчас уже нет в Цкаре.