Там на подушке, скрестив ноги и набожно положив руки на колени, сидел мальчик в белой одежде. На вид ему было лет восемь, от силы десять. Черный шарф, повязанный вокруг головы, закрывал глаза.

— Он же еще ребенок, — изумился Ричард.

Раздраженный неуместным высказыванием, один из Говорящих бросил на Ричарда убийственный взгляд.

— Только ребенок достаточно незапятнан разложением жизни, чтобы почувствовать прикосновение истинной мудрости. Становясь старше, мы принимаем на себя наслоения опыта и теряем связь с врожденной интуицией. Но тем не менее мы помним эту присущую детям связь, а потому решили, что только ребенок сможет проявить истинную мудрость.

Головы в комнате почтительно склонились.

Ричард бросил косой взгляд на Кэлен.

Один из Говорящих преклонил колени перед платформой и склонил лысую голову.

— О мудрейший, мы должны просить твоего всезнающего руководства. Некоторые из наших людей желают начать войну.

— Войной ничего не решить, — ответил Мудрый благостным голосом.

— Возможно, ты хочешь выслушать их доводы?

— Не может быть веских причин, чтобы начинать войну. Война никогда не бывает решением. Война обречена на неудачу.

Люди в комнате отшатнулись, выглядя разозленными тем, с какой легкостью подобное недостойное предложение прозвучало перед Мудрейшим. Потом они испытали привычное облегчение: он без проблем нашел ответ на сложный вопрос, с простой мудростью распутав сложный узел противоречий.

— Очень мудро. Ты показал свою мудрость на деле, просто и наглядно. Все люди будут следовать словам правды. — Мужчина снова склонил голову. — Мы пытались сказать…

— Почему ты носишь повязку? — спросил Ричард, проходя сквозь стоящих на коленях Говорящих.

— В твоем голосе я слышу гнев, — проговорил Мудрый. — Если ты не избавишься от своей ненависти, ничего не получится. Если ты заглянешь в свое сердце, то увидишь, что хорошее можно найти везде.

Ричард положил руку на спину Оуэна, подталкивая его вперед. Он пробрался сквозь толпу мужчин и ущипнул Энсона за рубашку, побуждая идти следом. Трое мужчин двинулись к возвышению. Опираясь на ноги, Ричард с силой оттолкнул коленопреклоненного жреца.

— Я спросил, почему ты носишь повязку, — повторил Ричард.

— Знание нужно отринуть, оставив место вере. Только через веру можно достичь настоящей истины, — ответил Мудрый. — Ты должен верить прежде, чем видеть.

— Если ты и без зрения понимаешь, что есть истина, то становишься просто упрямым слепцом, а не мудрецом, — покачал головой Ричард, — Чтобы понять и научиться, нужно сперва увидеть.

Люди вокруг Кэлен с неудовольствием смотрели на то, как Ричард обращался с их Мудрым.