— Я показываю тебе все, что могу.

— Тогда ответь на мой вопрос.

— О чем ты хочешь меня спросить, Секенр?

— Почему ты потерпел неудачу?

Мне показалось, что он вздохнул внутри моего сознания. Я представил, как он заерзал и отвернулся, стараясь не встречаться со мной взглядом.

— Со временем все станет тебе понятным, Секенр. Потерпи.

Впереди за последним из каменных богов разлилось необычно яркое сияние, словно нам открылся восход гигантского солнца.

— У меня остался еще один вопрос, отец.

— Задай его, если считаешь нужным.

Его серебряные крылья заблестели на солнце. Он кружил, как бумажный змей на ветру, постоянно возвращаясь назад, в то время как Цапля-Секенр изо всех сил старался не очень отставать от него.

— А это действительно освободит нас от страха?

— В этом и состоит цель всех чародеев, не так ли, Секенр? Ты убиваешь своих врагов, так как вынужден это делать, потому что боишься, как бы они не убили тебя. И они не преминут это сделать, потому что тоже боятся. Что бы прервать бесконечный круг убийств, ты должен стать бессмертным. Не просто прожить бесконечно долго, как может любой чародей, но действительно стать бессмертным, тем, кого невозможно убить. А это значит — богом, сын. Ты должен стать твердым, как кремень, о который затупятся ножи твоих врагов. Любого знания можно достичь. Ты можешь посягнуть на любую святыню. Ты можешь, как вор, пробраться в Акимшэ. Мне удалось… Ах, как это испугало остальных!

— Но ты так и не добился успеха.

— Я выиграл партию. Все фигуры были моими. Но пришел некто и перевернул доску.