— Для нас она была.
Вынув из ножен небольшой нож, Корум хотел было разрезать веревки, стягивающие руки мужчины, но тот испуганно отшатнулся от него.
— Мы друзья, — вновь повторил Корум. — Артек рассказывал нам о том, что приключилось с вами. Не встреть мы его, нас бы здесь не было.
— Так Артек жив? — воскликнула одна из женщин, в изуродованных жаром чертах которой угадывались молодость и красота. — Он жив? — Она двинулась навстречу Коруму. Руки ее тоже были связаны за спиной. Не удержавшись на ногах, она упала на колени и зарыдала. — Артек! Артек!
— Жив не только он, с ним пришло человек двадцать ваших людей.
— О, как я рада, — воскликнула она. — Как я рада!
— Это его жена, — сказал человек, с которым Корум говорил вначале, но Принц уже и сам догадался об этом. — Артек послал вас сюда для того, чтобы освободить ее?
— Для того, чтобы освободить всех вас, — сказал Корум. Он не мог не солгать этим людям. Все они были обречены.
— Вы пришли слишком поздно, — сказала жена Артека.
Корум разрезал веревку, стягивавшую ее руки, и в тот же миг раздался голос, уже знакомый им по тоннелю.
— Не трогай ее. Она наша.
Корум посмотрел по сторонам, но не увидел ничего, кроме колышащегося воздуха.
— Я хочу освободить ее, — сказал он, — пусть она хотя бы умрет свободной.
— Ты хочешь разозлить нас?
— Я никого не хочу злить. Я — Корум Лло Эрайнт. — Он поднял свою серебряную руку. — Я — Вечный Воитель. Я пришел на Инис-Скайт с миром. Но страдать не должен никто — ни вы, ни они.
— Корум, — тихо заговорил Ильбрик, взявшись за рукоять Мстителя, — оставь их, — иначе нам придется опять драться.
Не обращая внимания на слова сидхи, Корум срезал веревки с обожженного тела женщины.
— Корум.
Корум срезал веревки с людей и поил водой из своей фляги. По сторонам он старался не смотреть.
— Корум! — настойчиво окликнул его Ильбрик. Разрезав веревку с последнего человека, Корум поднял глаза и увидел, что Ильбрик и Тонкая Грива окружены высокими существами с желто-коричневой морщинистой кожей, на головах у которых почти не было волос. Единственным их одеянием были пояса, на которых висели огромные мечи. Ссохшиеся их губы едва прикрывали десны, щеки и глаза ввалились. Видом своим эти существа напоминали древние мумии. С их тел то и дело ссыпались частички иссохшейся кожи. Лица их были мертвы.