На минуту воцарилась тишина, и вдруг, толпа обезумела, закричала, завопила, зарыдала от радости. Кратер откликнулся эхом:

— Камень! Камень! КАМЕНЬ!

19

19

На Королевской галерее Чандра опустила руки.

— Чандра? — Лорд Балин, не обращавший внимания ни на что иное, кроме дочери, тронул ее за плечо. Девушка обернулась, стала произносить какие-то слова, но вдруг ее глаза закатились, и она упала на руки отца.

Когда Чандра вновь открыла глаза, она увидела его ужас, почувствовала его любовь, его гордость, его страх. И поняла, что все это — из-за нее. На мгновение чародейка ощутила в себе силу, такую же бесконечную, как сила Камня. Одним словом или жестом она могла уничтожить человека, который так отчаянно обнимал ее. Еще через мгновение девушка подняла дрожащую руку и неуверенно коснулась его щеки. — Папа?

И они оба заплакали.

С лихорадочной поспешностью Дарвиш втащил клетку на площадку. Его скользкие от крови пальцы отчаянно боролись с горячим болтом, пока Аарон наблюдал, слегка склонив голову набок. Стиснув зубы от усилий, принц раздвинул клетку и вытащил юношу наружу.

Аарон закачался, но сумел устоять на ногах.

— Ты сильно обжегся? — Дарвиш желал и боялся прикоснуться к нему.

— Не знаю. — Странное равнодушие охватило его, и та боль, что вор чувствовал, казалось, идет откуда-то издалека. — Но сомневаюсь, что захочу повторить это.

— Тебе не придется это повторить, — мягко промолвил принц, смахивая пепел с высокой скулы юноши.

Они стояли, глядя друг на друга, пока крики толпы, скандирующей имя Дарвиша, не напомнили им, где они находятся.

— Похоже, ты герой, — сказал Аарон, уголок его рта дернулся вверх, в улыбку.

Дарвиш хмыкнул и мотнул головой на Королевскую галерею, где только что появилась тучная фигура в темно-зеленом.

— Это ненадолго. Ты можешь идти обратно? Тропа слишком узкая, чтобы тебя нести.

— Конечно.

Он ходил и по более узким карнизам, не так ли? И ничто не болело слишком сильно. Правда, он не чувствовал ног, и это создаст небольшие трудности, но он пройдет. Аарон показал на кровь, которая капала из промокшей повязки на пальце Дарвиша.

— А ты-то сможешь?