Пожав плечами, Моад вытащил меч из-за кушака и, когда малый с вечной ухмылкой потребовал заодно кинжал с костяной рукоятью, отдал и его. Сунув длинный кинжал за пояс, солдат достал из сумы моток тонкого шнура и начал ловко обматывать меч, упаковывая его в некое подобие мелкой сети. Время от времени он останавливался, вытаскивал из-за пояса пломбир и опечатывал шнуры маленькими свинцовыми дисками – и все это проделывал ловкими, отработанными движениями.

– Список имен передадут на два других моста, – продолжала объяснения Сарен, – и там заставят показать шнуры в целости. Иначе задержат, пока магистрат не установит, что не совершено других преступлений. И даже в этом случае наказанием будет очень большой штраф и плети. Большинство чужестранцев предпочитает, чтобы не платить лишнего, оставить оружие на хранение, но это означает, что город придется покинуть через те же ворота. А одному Свету ведомо, в какую сторону нам предстоит отправиться потом... – Бросив взгляд в сторону Кадсуане, которая, по-видимому, удерживала Аланну, в одиночку собравшуюся отправиться через мост, Сарен почти неслышно прибавила: – Надеюсь, что она именно так и рассуждает.

Харине фыркнула.

– Что за нелепость! А как защищать себя?

– В Фар Мэддинге, госпожа, ни одному человеку нет нужды защищать себя. – Голос коренастого был груб, но насмешки в нем не слышалось. Он просто объяснял очевидное. – Об этом позаботится Уличная Стража. Позволь всякому, кому захочется, меч при себе носить, так у нас будет ничуть не лучше, чем везде. Слыхал я, госпожа, что в тех краях деется, и нам того даром не надо. – Поклонившись Харине, он зашагал вдоль колонны, следом за ним пошел писарь с доской.

Моад быстро осмотрел меч и кинжал, искусно оплетенные шнуром от рукояти до ножен, потом засунул оружие за кушак, стараясь не повредить пломбы.

– Мечи только тогда в дело годятся, когда мозгов не хватает, – сказал он.

Харине вновь фыркнула. Шалон же задумалась, откуда у того мужчины шрам через все лицо, коли в Фар Мэддинге так безопасно?

Сзади, где находились другие мужчины, послышался протестующий ропот, но очень быстро затих. Благодаря Мерисе – Шалон была уверена. Порой рядом с нею Кадсуане казалась нетребовательной. Ее Стражи напоминали дрессированных сторожевых псов, которых используют Амайяр и которые готовы кинуться на кого угодно по свистку хозяина, и Мериса, ни мгновение не колеблясь, отчитала бы Стража любой Айз Седай. Вскоре все мечи оказались запеленуты в узы мира, вьючные лошади проверены – нет ли где спрятанного оружия, и всадники въехали на мост. Подковы зазвенели о камень.