ПОВЕСТЬ

Путники один за другим уснули – только Дженна и Скада не спали, лежа бок о бок на Дженнином одеяле.

– Я скучала по тебе, – сказала Скада. – И по этому миру, такому яркому и звучному.

– О чем же ты скучала больше?

– Обо всем поровну, – засмеялась Скада. – Однако тебе сильно досталось.

– Другим пришлось еще тяжелее. И вина за это…

– …лежит не на тебе, милая сестра. Просто кругу пришла пора замкнуться – и то, что ты оказалась пряжкой, не твоя вина, а случайность.

– Джарет назвал меня колесной чекой.

– Нам будет недоставать его звонкого голоса.

Дженна чувствовала то же самое, но не смела сказать это вслух.

– Я…

– Не «я», Дженна, – «мы». Разве тебе так трудно запомнить, что ты не одна? Что мы все разделяем твое бремя?

Дженна вдруг вспомнила слова Альты: «Ты и хочешь, и не хочешь быть Анной». Как легко Альта их произнесла, и как трудно принять их. Она не прочь быть серединой, пряжкой, чекой, но не хочет нести на себе столь непомерную тяжесть. Одно без другого невозможно, но тяжестью можно поделиться. «Не я, а мы». Дженна тронула Скаду за руку. Больше они не говорили, а просто лежали рука об руку, пока сон наконец не сморил их.

– Дженна! Дженна! – звал чей-то далекий голос. Дженна, вздрогнув, проснулась, и уши ее наполнил птичий щебет. Катрона трясла ее за плечо. Дженна села, неохотно расставаясь с успокоительным забытьем, и увидела, что их лошади щиплют траву у торной дороги, а все остальные еще спят.

– Катрона, мне снился очень странный сон. Там был огромный луг… – начала Дженна и умолкла. В волосах Катроны появилась седина, и морщины на лбу умножились.

– Это был не сон, малютка Джен. Луг, роща, зал и очаг – не сон, разве что нам обеим приснилось то же самое.

Дженна медленно поднялась. Если им и приснился одинаковый сон, это не объясняет, отчего Катрона так постарела. Да и у Долга, который только что поднял голову от травы, вся морда седая. А у Джарета на шее появилось зеленое ожерелье.

– Да, это не сон, – согласилась Дженна. – Но если это правда, где мы? И который теперь год?

– Где мы, я знаю. Это дорога к Перекрестку Вилмы. Она не так уж изменилась за тридцать лет, что я здесь не бывала.

– Тридцать лет?