Люди, тесно сгрудившись, стали переговариваться:

– Ничего не выйдет.

– Гиблое наше дело.

– Лучше уж помереть сразу, чем гнить заживо тут.

– Погодите, – сказала Скада, вполне осязаемая при свете факелов. – Есть кое-что, чего вы не знаете.

Дженна кивнула.

– Сотня вооруженных женщин должна уже взобраться на стены замка.

– А у ворот стоят пятьдесят вооруженных мужчин.

– Между воротами и замком три подъемные решетки, – невесело засмеялся повар. – Им нипочем не пройти.

– Так или нет, а врага они отвлекут, – сказала Скада.

– Наши поддельные мышки, – крикнула Дженна Каруму.

– А Кот-то уже у нас! – обрадовался он.

– Послушайте меня, – продолжала Скада. – У нас почти нет оружия, кроме факелов.

– Хочешь выкурить его, – спросил кто-то.

– Доверьтесь мне. Поджигайте все, что возможно. Если теперь день, нашим женщинам легче будет сражаться около огня.

– Горячая женщина лучше, чем простывший обед, – отозвался кто-то.

Смеясь, все снова двинулись вверх по лестнице, но притихли, добравшись до последнего поворота и увидев перед собой выход из Преисподней.

По знаку Дженны и Скады они преодолели последние ступени – на удивление тихо для такого количества мужчин.

Карум, Дженна и еще один человек, вооруженные отобранными мечами, вышли вперед. Скада со своим теневым оружием шла за ними. Карум потрогал занавес мечом, а Дженна, став на колени, попыталась приподнять гобелен, но внизу он был особенно тяжел. Дженна знаком попросила о помощи. Двое мужчин приподняли занавес, и Дженна со Скадой проползли под ним, просунув мечи вперед.

По ту сторону занавеса стоял белый день. Дженна заморгала, стараясь приучить глаза к свету, и обернулась к Скаде, но Скада исчезла. Дженна почувствовала себя ужасно одинокой, брошенной, хотя и знала, что эту шутку сыграло с ней солнце. Вечером Скада вернется – если они доживут до вечера.