Наверное, все-таки была. Вернее, была прихоть. Для него прихоть и необходимость — одно и то же.

Вероятно, дело еще и в страхе. Опять же — в беспричинном. Кто бы стал меня слушать? Кто бы потребовал от него объяснений, пригрозил наказанием?

Зато теперь ему нечего бояться. Никто ничего не узнает. И не потребует объяснений. И не пригрозит.

Я этого не ждала. Все произошло совершенно внезапно. Поглотило меня, вырвало из моего мира и бросило в другой, возникший по его велению.

Дар.

Родовое проклятие.

Оба способны зачинать, вынашивать, рожать. Когда-то и я готовилась к материнству, а теперь я — жертва волшебства, непостижимого для всех, даже для иллюстраторов. Я и сама не взялась бы его описать.

Неоссо Иррадо. И — нечто большее. Нечто иное.

Это “нечто” называется Дар. Спасибо и на том, что у этого ужаса есть имя.

Что же ты сделал со мной?