Он соединил клинок и рукоять и они стали одним целым, превратившись в меч. Оружие было покрыто слоем серебра, под ним скрывалась сталь. Рукоять казалась перевитой лентой из шелка, каким-то чудом застывшим как металл. Серебро отливало лунным светом и льдом.

Я сразу почувствовал, что этот меч – продолжение меня. Баланс был самым чистым из всех, что я встречал, таким точным и ясным, что словно не я держал меч, а он меня. Сжав рукоять, я ощутил под пальцами тепло.

Я много раз трогал меч Дел и всегда он был холодным, хотя Дел уверяла, что для нее яватма теплая. Я задумался, был ли этот меч таким же: замораживающим для любого другого и солнечным только для меня.

– Конечно он еще не готов, – многозначительно сообщил Кем.

Я посмотрел на него поверх клинка.

– Что ты имеешь в виду под этим «не готов»?

Кем показал на наковальню.

– Положи его сюда. Это отнимет всего одну минуту.

Во мне тут же вспыхнуло подозрение.

– Что ты собираешься делать?

– Пришло время Именования. Пока он просто безымянный клинок. Оставь его таким, и он не будет стоить всех усилий по его Формированию. Клади его, – Кем снова похлопал по наковальне.

Я положил меч, со странной неохотой выпуская рукоять. Кем вынул нож, заставил меня подойти поближе, взял мою левую руку и повернул ее ладонью вверх.

– Подожди, – выпалил я.

– Я не собираюсь поить меч кровью в истинном смысле, – терпеливо сказал Кем. – Я же тебе все объяснял, правильно? А сейчас Именование.

Я молча смотрел, как он ножом делает глубокий разрез между большим пальцем и запястьем. Когда кровь потекла струей, Кем кивнул и потянул мою руку к мечу. Он осторожно поправил меч, а потом провел моей рукой над всей длиной клинка. Капли крови залили сталь.

От рукояти до острия и обратно. Потом Кем перевернул оружие. Клинок блестел кроваво и тускло, лунное сияние померкло.

Кем ухмыльнулся и дал мне лоскут.

– Пусто, – отметил он. Седеющие брови на секунду сошлись у переносицы и Кем устало махнул рукой, словно я разочаровал его. – Так всегда и бывает, когда связываешься с неверящим человеком.

Я прижал к порезу тряпку и растерянно осмотрел меч.

– А что должно было случиться?