Я открыл ворота, скользнул внутрь и распихивая лошадей добрался до жеребца.

Я почесал ему морду, радуясь, что снова могу к нему прикоснуться, и меня неожиданно наполнило ощущение покоя.

– Им что-то нужно, – размышлял я вслух. Гнедой поставил уши с темной каемкой. – Эти гончие аид чего-то хотят. Они очень долго терпели, но, думаю, они устали ждать, – я похлопал жеребца по мохнатой шее. – Да, они наверняка вернутся… Здесь еще много яватм, а одной вскоре придется отправиться в путь.

Телек подбежал ко мне и остановился, жадно хватая ртом воздух. От его дыхания поднимались облака пара.

– Их нет, – выдохнул он. – Не их, не мечей.

Я потянулся к шее и стянул шнурок.

– Передай его самому главному в поселке, – предложил я, протягивая Телеку свисток. – Он будет держать гончих на расстоянии. Благодаря свистку мы с Дел сюда и добрались. Скоро он мне понадобится, но какое-то время пусть позаботится о безопасности поселка.

Телек нахмурился, рассматривая свисток.

– Что ты собираешься делать?

Я подергал жеребца за уши и улыбнулся, когда он отпрянул.

– Я собираюсь расправиться с тобой в круге, Северянин, а потом уехать из Стаал-Уста, – я пожал плечами. – Может быть поохочусь.

– Ты уедешь с собственной яватмой, и если именно ее сила привлекает зверей…

– …тогда я уведу их за собой, – улыбнулся я. – Считай это компенсацией за фарс, который будет называться танцем. Я хочу хоть чем-то расплатиться за свое освобождение. Чтобы уехать достойно. И есть только один способ сделать это, – я пожал плечами. – Кроме того, полагаю, этим я смогу помочь многим людям, которых знаю: тебе, Дел, Калле… женщине с Границы и ее детям… и даже Говорящему с лошадьми с Высокогорий, – я снова пожал плечами. – И наконец это неплохой способ убить время.

Телек недоверчиво покачал головой.

– От тебя я такого не ожидал.

– Нет, наверное нет, – ухмыльнулся я. – Люди недооценивали меня многие годы.

Но Телек не засмеялся. Он даже не улыбнулся.

Следующей ночью я встретился с Кемом в кузне. Встретился с ним и с моим мечом.

– Он и воду разрежет, – сказал Кем. – Разрежет чисто, как плоть или шелк, и заставит ее кровоточить. Даже воду.