Она молча кивнула. Да. Всё верно. Только очень уж хочется пить. Простой колодезной воды. Здесь, в Некрополисе, ей всегда давали только какие-то отвратительные настойки. И ещё не было простой еды. Только что-то изменённое алхимией до полной неузнаваемости, полоски чего-то, некогда, наверное, бывшего мясом, сперва засушенное и потом вымоченное в чём-то, состав чего Алиедоре узнавать совсем не хотелось.

Доньята теперь почти не видела солнца. Даже от низкого и неяркого зимнего тотчас начинало жечь глаза. Её мир сжался до нескольких подземных ристалищ, где Аттара, Майре и другие, молчаливые, словно тени, старшие Гончие учили её этой новой, обещающей стать восхитительной жизни.

* * *

– Прыгай! – кричит Аттара, выбивая запор на клетке с какими-то крылатыми бестиями размером с доброго клыкача.

Тело послушно складывается, словно карманный нож. Что-то остро-вонючее, кожистое, утыканное шипами, проносится над самой головой – нет, не «что-то», вдруг понимает Алиедора. Она точно может описать бестию, вплоть до последней ворсинки короткого и жёсткого меха на брюхе, вплоть до последней чешуйки на голом, словно у помоечника, хвосте, может назвать, сколько зубов в распахнутой, истекающей слюною пасти. Она точно знает, где сейчас каждое из двух дюжин вырвавшихся из клетки созданий, и тело её движется само, а два коротких клинка плетут вокруг доньяты сплошную стальную сеть.

Она видит всё и всех. Замечает каждый взмах чёрных крыльев, каждое движение увенчанных крючковатыми когтями лап.

Что было до этого? Мучительные часы на песке арены, бесчисленные удары, рухнувшие на её плечи и спину, когда Аттара, словно играючи, выбивала у Алиедоры из рук деревянный ученический меч. Обжигающая боль в неестественно вывернутых суставах, растягиваемых чуть ли не до разрыва связках. Слёзы, правда, течь перестали. Просто перестали, и всё. Алиедора падала без сил, её выворачивало наизнанку, и тогда Аттара молча садилась рядом, прикладывала к испачканным губам фляжку с очередным мутным, гниловатым пойлом. Только с ним. Никогда – с водой. В первый миг это казалось совершенно невыносимым; но потом становилось легче.

– Ну, протошнилась, доньята? – как ни в чём не бывало спрашивала Аттара. – Тогда вставай. Показываю ещё раз. Отбитие атаки двуручным мечом сверху выполняется так…

Потом Аттару менял Латариус. С ним Алиедора уходила на самые глубинные ярусы Гильдии, там, среди темноты и холодного камня, наставник брал её за руку, помогая войти в Ничто.

Сила Некрополиса погранична Смерти, объяснял Латариус. За саму грань нам пока не заглянуть, тем более не зайти. Но кое-что позаимствовать оттуда можно. Разумеется, после должной подготовки.