— Ему никто не поверит.

— Тогда ты расскажешь сама. Ты убила ее, правда, Кит?

Китиара снова пожала плечами и не ответила. Алый лунный свет, плескавшийся в ее зрачках, не помутнел.

Карамон встал.

— Я собираюсь рассказать им, Кит. Я скажу им правду.

Он нагнулся, попятился наружу.

Кит вскочила и схватила его за рукав.

— Карамон, погоди! Есть кое–что, чего ты не учел. Кое–что, о чем следует подумать. — Она втянула его назад в шатер и опустила полог, закрывая доступ для лунного света.

— Ну, — холодно поглядел на нее Карамон, — и что же это?

Кит подобралась к нему поближе.

— Ты знал, что Рейстлин мог так колдовать?

— Как — так? — Карамон был в недоумении.

— Использовать заклинание вроде того, какое он использовал вчера. Это было могущественное заклинание, Карамон. Я знаю. Я немного общалась с магами, я видела… Ну, неважно, что я видела, но можешь мне поверить в этом деле. Рейстлин не мог сделать того, что он сделал. Только не такой молодой, как он.

— У него хорошо с магией, — сказал Карамон, все еще не понимая, о чем разговор. Он точно так же мог добавить, что у Рейстлина хорошо с выращиванием цветов или с готовкой яичницы на завтрак, потому что все эти таланты были равны для него.

Кит нетерпеливо всплеснула руками.

— У тебя что, в роду овражные гномы были, что ты такой тупой? Разве ты не понимаешь? — Она понизила голос до свистящего шепота. — Послушай меня, Карамон. Ты говоришь, Рейстлин хорошо колдует. Слишком хорошо, я бы сказала. Я не понимала этого до сегодняшнего вечера. Я думала, он просто играет в волшебника. Как я могла знать, что он обладает такой властью? Я не ожидала…

— О чем ты говоришь, Кит? — громко спросил Карамон, теряя терпение.

— Пусть он остается у них, Карамон, — мягко, спокойно сказала Китиара. — Пускай они его повесят! Рейстлин опасен. Он как одна из тех гадюк. Пока он зачарован, он будет вести себя мило. Но если ты встанешь у него на пути… Не ходи назад в тюрьму, Карамон. Просто иди спать. А если утром кто–нибудь спросит тебя о ноже, скажи, что это его нож. Это все, что тебе нужно сделать, Карамон. И все быстро закончится.

Карамон онемел. Ее слова обрушились на него как удар, слишком сильно оглушивший его, чтобы он мог ответить.

Кит не могла видеть выражения его лица в темноте. Рассудив по–своему, она решила, что Карамона одолевало искушение последовать ее совету.