Теперь, когда положение определилось, женщина позволила себе открыть глаза и влить в общий галдеж свои стоны. Причем искренние: она обнаружила, что талисмана при ней нет! Обронила во время погони, будь все проклято! Но где? Где?!

23

– А ложбинку мы обойдем по скалам. – Голос Охотника стал напряженным. – Вон тропка.

– Ух ты! – сказал Дайру, глядя в щель меж камнями вниз, в ложбину.

– Пусти, дай посмотреть! – досадливо отпихнула его девочка с удобного места, откуда был виден идущий в ложбине бой.

Два гиганта – каждый ненамного меньше слона – выясняли отношения. Они кружили друг против друга на длинных мускулистых ногах и, разинув крокодильи пасти, оглашали воздух хриплым карканьем. Время от времени один из них, раскрутив над собой гибкий хвост с шипастым шаром на конце, наносил противнику такой удар, что эхо отдавалось меж скал. Рисунок танца на несколько мгновений ломался. Противник возмущенно каркал и припадал к земле. Его спинные пластины топорщились, как шерсть разъяренного кота. Затем он продолжал танец и, вскинув хвост, готовился к ответному удару.

– Это клыкастые топотуны, да? – обернулся к Шенги Хранитель, вспомнивший рассказы Охотников.

– А господа посетители заказывали драконов? – невесело усмехнулся проводник. – Извините, промашка вышла.

– А чего пастью не грызут? – Айфер глазел на сражение поверх голов ребятишек.

– У них все по правилам, – объяснил Шенги. – И не до смерти. Это брачный поединок. Перед дамой выхваляются.

– Где дама, где? – вскинулась Нитха. – Ой, вижу! Какая маленькая!

– Ничего себе маленькая! – удивился Дайру. – Прямо лошадь, только с клыками. А как лупят друг друга! И живы еще...

– Им эти удары – что тебе затрещина, – хмыкнул Шенги. – Мозг маленький и очень, очень глубоко запрятан. Хочу предупредить Сокола: если меч и прорубит броню, до мозга вряд ли достанет. Лучше за оружие не хвататься, а вежливо раскланяться с Тварями и на цыпочках идти своей дорогой.

Ралидж не ответил. Он сомневался, что даже Сайминга сумеет прорубить спинные пластины топотунов. И не собирался проверять.

Они двинулись по узкой тропе, огибая опасное место. Сначала шли над головами дерущихся гигантов, но потом тропа немного спустилась ко дну ложбинки. Люди шли тихо, надеясь, что распаленные чудовища не обратят внимания на незваных гостей.

Те и не обратили. А вот самка, порядком заскучавшая от ритуальных танцев и мужского самолюбования, оживилась, вскинула голову и завопила. Голос ее отличался от карканья самцов – он походил скорее на крик кошки, которой наступили на хвост каблуком.