– И поскольку заклинание оказалось искажено, разрушающий эффект его оказался значительно более сильным. Мы опасаемся, что, будучи неконтролируемым, оно разрушит разум всех тех, кого поражает. Однако искажение служит и причиной того, что заклинание не всегда срабатывает так, как должно. В результате некоторые отдельные люди оказываются не подверженными его действию.

– А почему я вообще оказалась в центре всего этого?

В наступившей тишине Кэлен могла слышать, как негромко шипит масляная лампа. Казалось, звуки лагеря за стенами шатра доносятся из совершенно другого мира.

– Сестры Тьмы применили заклинание по отношению к тебе ради того, чтобы послать тебя, не видимую никем, во дворец, чтобы выкрасть для них шкатулки Одена. Ключ к этим шкатулкам – «Книга сочтенных теней». Им нужна Исповедница, чтобы установить, верная ли та копия книги, которую они используют как ключ к шкатулкам.

– Я видела эту книгу, – сказала Кэлен. Она знала, что Никки говорит правду, потому что Джегань уже требовал, чтобы Кэлен установила, фальшивая это копия или нет. Она заявила тогда, что это копия фальшивая.

Она догадывалась, что есть еще много всего, относящегося к этому, но по какой-то причине Никки очень осторожно обходит некоторые секреты.

Кэлен потянула нить, торчавшую из покрывала.

– Как бы мне хотелось поговорить с Ричардом Ралом… Интересно, есть ли у него ответы на мои вопросы?

– Я тоже хочу, чтобы ты встретилась с ним. Но сейчас маловероятно, что такое случится.

Кэлен хотела спросить, нет ли здесь вероятной связи с последними событиями. Ей показалось, что, возможно, Никки открыла несколько больше того, чем должна или чем намеревалась.

– Мне неприятно это говорить, однако похоже, что ни ты ни я не сможем увидеть исход этой борьбы. Ты действительно уверена, что Ричард Рал в состоянии остановить это безумие? По отношению к другим людям, я имею в виду.

– Не знаю, Кэлен. Но могу сказать тебе, что он единственный, кто на это способен.

Кэлен вновь взяла руку Никки.

– Ну, если он способен на это, я надеюсь, что он способен и освободить тебя. Ты должна быть с ним. Ты же любишь его.

Никки даже зажмурила глаза, торопясь закрыть их. И отвернулась, когда слеза скатилась из ее глаза, прокладывая дорожку через пятна засохшей крови.

– Извини, – сказала Кэлен. – Мне не следовало вообще говорить об этом. Ты, должно быть, невыносимо скучаешь по нему.

– Нет, – все-таки сумела сказать Никки, приподнимая голову, – дело не в этом. Это все из-за того, что сделал со мной Джегань. Мне трудно дышать. Кажется, у меня сломаны ребра.