Она опустилась на колени, сложив руки на лбу ладонями наружу, затем вскочила и подбежала к двери каюты.

— Кадишту! — Она толкнула дверь обеими руками. — Святая! Вестник от Набу!

Дверь каюты тут же открылась. На пороге стояла женщина, названная Шарейн. Ее взгляд скользнул по нему и метнулся к черной палубе. Кентон обернулся в том направлении. Там лежал барабанщик — казалось, он спал.

— Осторожнее, Саталу! — прошептала Шарейн девушке. Взяв Кентона за руку, она потянула его за собой в дверной проем. Внутри находились две девушки, они тут же уставились на него. Она вытолкнула их из каюты.

— Вон! — прошептала Шарейн. — Наружу, и наблюдайте вместе с Саталу.

Они выскользнули прочь. Шарейн подошла к двери, заперла ее на засов и повернулась, прислонившись к ней спиной, затем медленно приблизилась к Кентону. Протянув к нему тонкие пальцы, она коснулась его глаз, его губ, его сердца — будто хотела убедиться, что он настоящий. Она взяла его ладони в свои, наклонилась и прижалась лбом к его запястьям, оплетя их своими волосами. Ее прикосновение разбудило в Кентоне страсть — яркую, пламенную. Ее волосы были сетью, в которую устремилось его сердце, желающее быть пойманным.

Успокоив себя, он отнял руки, сопротивляясь этой тяге.

Она подняла голову, окинув его внимательным взглядом.

— Что хочет сообщить мне Владыка Набу? — Ее голос, сладкий, дразнящий, потряс Кентона. — Каковы его слова, предназначенные мне, посланник? Бесспорно, послушаю я вас, ибо в прозрении своем Властитель Мудрости разве не направил к нам того, чьи речи слушать не… тягостно?

В ее голосе звучало кокетство, а глаза ее, обращенные на него, задорно блеснули.

Чувствуя себя в ее присутствии растерянным, Кентон пытался подобрать слова для ответа. Чтобы выиграть время, он окинул каюту взглядом. В дальнем углу комнаты стоял алтарь. Он был усыпан сверкающими камнями: жемчужинами, бледными лунными камнями и мутным хрусталем. Из семи хрустальных чаш, стоявших перед ним, поднималось серебристое пламя. За алтарем была ниша, но языки пламени не позволяли увидеть, что находится внутри. Возникало чувство, что в глубине этой скрытой огнями ниши есть что-то живое.

С противоположной стороны стоял низкий широкий диван из слоновой кости, украшенный хрусталем и золотыми арабесками. На стенах висели шелковые гобелены, красочные, с вышитыми на них цветами. На полу лежал мягкий шелковый ковер и множество подушек. Сзади и слева были распахнуты два широких низких окна, через них в каюту проникал серебристый свет.

В одно из окон влетела птица и уселась на подоконник — белоснежная птица с алым клювом и лапами. Она посмотрела на Кентона, почистила перышки, курлыкнула и улетела.