– Лично я не возражаю против того, чтобы быть в системе, – объявила Айрин не без колебания. – Всю жизнь платила налоги и пользовалась социальными программами. Хорошо уже то, что всякому очевидно: я не засланная китаянка. Теперь поняла, почему те мордастые меня за шпионку приняли!

– Тогда ты не будешь возражать, когда тебя в рамках тоталитаризма, очевидного уже даже полному коменданту…

– Эй! – обиделся Деннис.

– …отправят шить парашюты по двенадцать часов в сутки или тачать снаряды на заново открытых чикагских сталелитейных предприятиях.

– Или обслуживать остервенелых от окопного быта солдатиков, – подхватил Мик с неуместно мечтательным выражением лица. – И повезет еще, если выбранной фракции.

– Микки, ты совсем больной?

– Тоже хотел спросить, – кивнул Гламберг неодобрительно. – То есть да, я бы тоже имел в виду худшие варианты, но вот так лыбиться при этом – наводит на подозрения. Вы за ним присматривайте… и дайте я уже мысль свою закончу. Я всю жизнь в этой системе работаю. Когда спускают сверху смену, скажем, штатных расписаний и протоколов – бывает большой переполох. Когда же оказывается вдруг, что верх теперь совсем не тот и спускается оттуда вообще невообразимое – я теряюсь, как если бы на Ниагаре перевернулся. Где верх, где низ, и сколько так еще будет, и кого слушаться, а против чего упереться? В общем, я разберусь как-нибудь, но слишком уж много у меня энергии уходит на то, чтобы приглядывать за этой засранкой. Влезет, не разбираясь, в жернова, и закрутит ее… Ко мне тот самый инструктор уже подходил, справлялся, почему это я не одобряю девицу призывного возраста как бойца ополчения. Ему-то все равно, что мелкая, винтовка все выправит, особенно если хозяйские дачи стеречь. А я за нее отвечаю. Вторая тихая, пришибленная – и ладно, но Энджеле точно нужен пригляд… лучше всего вкупе с поводком и строгим ошейником.

Отец года во весь рост.

– Ты вообще заметил, чем мы тут занимаемся? – я снова указал бутылкой на тролля и зазевался – Гламберг ловко отобрал у меня посудину. Всю дорогу, злодей, к этому трюку готовился, усыплял тоскливыми речами бдительность.

– Заметил. Девчонка в порядке, все шишки собрал прочный мужик.

– Я десну веточкой порвала, – пожаловалась означенная девчонка, а потом вдруг отвесила мне пинка. Спасибо, что по стулу, а не по пробитой башке.

– Это-то за что?

– За то, что хотел отпустить шуточку насчет углубления оральной практики.

– Уверена, что хотел?

– Сэр Мейстон бы не растерялся.

Даже книжное альтер-эго совершеннее, чем оригинал. Впрочем, можно списать это на троллиные побои, иначе бы и оригинал додумался – повод вполне удачный.