«Нет, разборка – это ужасно, – отвечает Риса, и в Конноре вспыхивает надежда, но тут же гаснет, когда он слышит: – Однако это – наименьшее из зол. Разборка – это не прихоть, она необходима, и мир без нее стал бы иным».

«Извини за это замечание, но легко говорить, когда тебе семнадцать и возрастная граница разборки позади».

«Без комментариев», – отвечает Риса, и эти слова пронзают сердце Коннора, словно кинжал.

«Давай поговорим о выдвинутых против тебя обвинениях, – произносит журналистка, заглядывая в шпаргалки. – Кража государственной собственности, а именно себя самой; заговор с целью проведения террористического акта; заговор с целью совершения убийства – и все эти обвинения сняты. Это как-то связано со сменой твоих убеждений?»

«Не стану отрицать, мне предложили сделку, – отвечает Риса, – но я здесь сегодня совсем по другой причине».

И тут она делает нечто совсем простое, естественное, чего не заметил бы никто, кроме тех, кто ее знает…

Риса кладет ногу на ногу.

Коннору кажется, что из его самолета выкачали воздух. Он не удивился бы, если бы с потолка сейчас попадали кислородные маски.

– Если думаешь, это плохо, слушай дальше, – говорит Старки. Похоже, происходящее доставляет ему удовольствие.

«Риса, убеждения ты сменила для удобства или из-за угрызений или совести?»

Риса делает паузу, обдумывая ответ, но от этого он не становится менее сокрушительным.

«Ни то и ни другое, – решается она наконец. – После всего случившегося со мной я поняла, что у меня нет выбора. Это необходимость».

– Выключи, – приказывает Коннор.

– Но это еще не все! Послушай конец – это вообще бомба!

– Я сказал: выключи!

Старки подчиняется. У Коннора такое чувство, будто его разум захлопнулся, словно отгородившись пожарным занавесом от огня и разрушения, но поздно: пламя уже проникло внутрь. В этот миг он жалеет, что его не разобрали год назад. Он жалеет, что Лев спас его, ведь тогда ему не пришлось бы пережить то, что он переживает сейчас.

– Зачем ты показал мне это?

Старки пожимает плечами.

– Думал, ты должен знать. Хайден скрывает это от тебя. А я считаю, что он не прав. Так ты поймешь, кто тебе друг, а кто враг, и станешь сильнее. Ты согласен со мной?

– Да-да, конечно, – рассеянно говорит Коннор.