Светлый фон

Эгги оглянулся и посмотрел на подростка. Дарт Вейдер зацепил крюком его хомут. Люди в робах не мешкая потащили узника к двери. Тот отчаянно дергался и мычал. Изо рта у него летели брызги крови. Весь путь до двери был заляпан кровью…

Но после того, как смертников утащили прочь, дверь не захлопнулась, как обычно.

Эгги с ужасом поглядывал туда, ожидая, что теперь кто-то явится и за ним.

В белую камеру вошла Хиллари. На этот раз уже без тележки. И без сэндвичей. Она направилась прямиком к Эгги. Наклонилась к нему. Он с трудом удержался от того, чтобы не отпрянуть подальше, хотя и такой возможности у него просто не было. Он понимал, что Хиллари – его единственная надежда.

Старуха засопела носом. Потом улыбнулась, обнажив редкие зубы.

– Тебе намного лучше.

Эгги яростно закрутил головой – даже цепь зазвенела. Если б ему стало лучше, его бы уже наверняка выволокли отсюда, как всех остальных.

– Мне все еще очень плохо! Мне нужно мое лекарство.

Хиллари засмеялась, – так легко и непринужденно, что для постороннего этот звук показался бы даже приятным.

– Ты все понимаешь, – сказала она. – Ты намного умнее большинства из тех, кого мы приводим сюда.

Эгги продолжал качать головой.

Она протянула морщинистую руку и схватила его за подбородок. Эгги хотел было что-то сказать, но старуха приложила палец к его губам.

– Тссс, – сказала она. – Сейчас я покажу тебе, что произойдет, если ты мне не поможешь. Сейчас мы отправимся на встречу с Мамочкой.

Одиночество

Одиночество

Робин сидела на диване с полупустым бокалом вина в руке, другой рукой поглаживая лохматую голову Эммы, которую та доверчиво положила ей на колени. Свет был погашен. Иногда ей нравилось просто посидеть в темноте. За окном легкий ветерок колыхал тонкое деревце, и тени от листвы и ветвей рисовали причудливые узоры на льняных занавесках.

Целый день, который она потратила на поиски Брайана, научил ее одной важной вещи, которую она не учла: если человек сам не захочет, никто его не найдет. Робин проверила квартиру Брайана, обшарила Дворец правосудия, позвонила в несколько мест, где он раньше бывал, – никаких результатов. Она даже обошла вокруг дома Рекса Депровдечука и наведалась на место гибели Джея Парлара. И тоже впустую.

Она послала ему как минимум десять сообщений. Но он все равно не перезвонил, даже когда Робин дала ему понять, что Эриксона только что перевели из реанимации в обычную палату.

Бедняга Брайан – каково ему сейчас приходится? А как она чувствовала бы себя, если б у нее обнаружились признаки мутации? И, в довершение ко всему, Брайан узнал, что семья, которую он так любил, вовсе не являлась его семьей…