– Мы не узнаем этого иначе, чем проживая все этап за этапом, не торопя события и не забегая вперед.

– Я тоже думаю, что так будет разумнее.

– Остается ваше «Помимо меня», противоречащее теории эффекта бабочки. В этом вашем фокусе, если я правильно понял, невозможно ошибиться.

– Вы поняли правильно. Это беспроигрышный трюк. Все заранее предрешено. Фокусником.

– Давайте провернем это еще раз, я попробую понять.

– Если хотите.

– Только у меня просьба: в этот раз я хочу все сложить наоборот. Можно так?

Опал соглашается, достает купленную перед отплытием колоду карт, выкладывает красную и черную карту и отдает ему оставшуюся стопку из 50 карт. Он не глядя раскладывает их на две стопки, по предполагаемому цвету. Как и в прошлый раз, ему позволено перекладывать карты, меняя первоначальный расклад.

В этот раз на красной карте лежат одни черные, на черной – одни красные.

Здесь по некоей загадочной причине не действует эффект бабочки. Сценарий – верный или неверный – прописан заранее. Все происходит так, как должно произойти.

– Теперь ваша очередь показать мне фокус, Рене. Но учтите, я не хочу провала, пора открыть эту дьявольскую бронированную дверь, плевать на раскаленную ручку!

Учителя истории не надо просить дважды. Он опять ведет Опал к двери ее бессознательного. Он считает, что в этот раз ей лучше представить себя в огнеупорном обмундировании пожарника. Но и это не помогает, дверь не поддается. Она в ярости пинает дверь ногой – безрезультатно. Она разочарованно поднимается по ступенькам, к Рене.

– Мне жаль, – говорит он.

– Ничего, не беда. В следующий раз получится, – уверенно произносит она.

Они ужинают и ложатся спать в отдельных каютах.

Каждому из нас известно что-то, неизвестное другому. Мы друг другу необходимы. Надо только найти правильный способ взаимопомощи. Сколько жизней назад у нас появилась привычка встречаться и действовать вместе?

Опал чешет новое псориазное пятно у себя на лодыжке.

68.