– А Лига за тобой еще придет?

– Наверняка. Особенно сейчас, когда я удалила формулу, все данные – вообще все.

Селина знала, что Плющ никому не расскажет о том, что она подглядела на фабрике. Что касается Лиги, Плюща тогда с ними не было.

– Но пока, – сказала Селина, потягиваясь, – мне надо раздать долги.

– Да?

– Я завела кошку, – улыбнулась Селина. Точнее, нашла кошку. Маленькую серую уличную кошку. Вчера вечером ей хватило душераздирающе маленького кусочка еды, чтобы запрыгнуть к Селине на руки. И просидеть там всю дорогу до дома. Селина назвала ее Джейн.

– Кошки сейчас такие дорогие?

Улыбка Селины расползлась в ухмылку.

– Разумеется. Особенно когда они живут в новом убежище, которое я планирую построить со своей злодейкой-соседкой.

Она положила на стол между ними ключи.

Плющ рассмеялась, взяв ключи и позвонив ими.

– После хаты Харли мне в голову пришла идея. На другой заброшенной станции метро свободны целых два этажа под землей. На первом можно сделать лабораторию, – рассказывала Селина, – на втором – три спальни.

– Три?

– Одну для гостей, – пояснила Селина. – Или для нашей третьей сообщницы. Когда она будет к этому готова.

Дом. Для них. Чтобы они могли жить так, как хотят, установить там свои правила.

Плющ отчаянно заморгала, наклонила голову и, пряча лицо, сказала:

– Спасибо тебе.

Хоть что-то Селина может сделать. Если Харли выйдет, если хороший судья не будет к ней строг и она получит помощь, в которой нуждалась и которой теперь ждала. Ради Плюща Селина молилась, чтобы Харли поправилась. Сумела забыть Джокера, прошлое, которое преследовало и гнало ее. Сумела разглядеть прямо у себя под носом девушку, которая ждала ее все это время.

И, возможно, сумела при этом не убить Селину.

Но она подумает об этом завтра. Не сегодня. И не на этой неделе.