Фрэнк опустил оружие.

– Ты привёл кого-то с собой?

Фрэнк не ответил. Он не знал, кому теперь верить. Он не знал, что ему можно рассказывать, а что нельзя.

– Фрэнк, с тобой кто-то есть? Отвечай.

После последнего слова все мысли Фрэнка были отметены в сторону, и он тут же сказал:

– Да, со мной Аменд и капитан Дигнан. Аменд ждёт в машине у въезда на вершину, а капитан…

Он не договорил. Раздался оглушительный треск, и стена между дверью и окном разлетелась в щепки, на середине комнаты оказался Капитан Дигнан. Сенатор Корш мгновенно развернулся вокруг своей оси и прыгнул в окно, возле которого стоял. Раздался звон разбивающегося стекла, и сенатор вылетел через проём наружу. Дигнан через мгновение оказался на том месте, где стоял сенатор. Фрэнк подбежал к окну и выглянул из него. Окно выходило прямиком на обрыв, и земли внизу видно не было. Чуть ниже от хижины в воздухе плавно плыли облака. Ни один человек не мог выжить после такого прыжка.

– Сенатор Корш… – проговорил Фрэнк.

– Это был не сенатор, – ответил Дигнан.

В хижину вошёл Аменд.

– Я спущусь вниз, нужно найти его, – сказал Капитан Дигнан и не дожидаясь какого-либо ответа, вышел.

– Это был сенатор Корш, – сказал Фрэнк.

– Нет. Это был сильнейший гипнотизер. Теперь всё складывается. Он приказал стрелку стрелять и тот не мог противиться, хотя и говорил, что не хотел. Он сказал тебе, что он сенатор и ты действительно увидел его в нём. Он приказал полицейским остановить нас на дороге. Он приказал нашему сотруднику достать информацию обо мне в Justice-Tech. Это гипнотизер, и теперь нужно выяснить в чьих интересах он работает.

– Работает? Он выпрыгнул с такой высоты, теперь он точно мёртв.

– Капитан должен найти тело. Я пока осмотрю хижину, – судя по тону Аменда, разговор был окончен.

Фрэнк вышел на улицу и подошёл к обрыву. Он не говорил с сенатором Коршем. Его использовали, надавив на самое больное место – преданность человеку, которого он считал своим отцом. Фрэнк едва не совершил ошибку. Ему было очень паршиво. Он почувствовал всеобъемлющее чувство вины и стыда за свои действия. Затем промелькнула предательская мысль – а вдруг это всё же был сенатор Корш? Фрэнк привёл к нему роботов, устроив западню для своего наставника. Но прыжок в окно не имел смысла. А вдруг у сенатора был припасён трюк на этот счёт? Нет. Это не был сенатор – сотрудник Justice-Tech видел в нём Директора Стиннера, а других людей, устраивавших им неприятности он так же подчинял своей воле. Сенатор Корш был мёртв. Он умер своей смертью. Но если не своей? Могли ли его специально заразить некой неизлечимой болезнью, чтобы открыть дорогу в сенат для робота? Нет, это не имело смысла, сенатор ведь сам работал над этим роботом. Но если не работал, и Фрэнку солгали? Тогда дело приобретало скверный оборот. Фрэнк запутался. Он ещё раз попытался разобраться в своих мыслях, пытаясь привести их в структуру. Первый вариант – сенатор Корш умер своей смертью, Фрэнк видел гипнотизера. Вариант второй – сенатора Корша отравили, Фрэнк видел гипнотизера. Вариант третий – сенатор Корш инсценировал свою смерть, и Фрэнк видел именно сенатора. Вариант четвёртый – сенатор инсценировал свою смерть, и Фрэнк видел его в машине, а сейчас на скале – гипнотизера, ведь сенатор говорил, что враги повсюду и не только роботы, а те же враги могли узнать о разговоре Фрэнка и гипнотизер сыграл на этом. Вот только что это за гипнотизер, для которого выпрыгнуть с обрыва было более благоприятным, нежели попасться в руки Капитана Дигнана? Выпрыгивая он даже ни секунды не сомневался. Фрэнк качнул головой. Это всё слишком запутано, чтобы быть правдой. Самым достоверным был первый вариант. Фрэнк любил, когда всё было просто.