— Вас что-то не устраивает, пилот? — поинтересовался Приемщик. — Вы хотели бы получить иной вариант оплаты, не представленный здесь?

— Вряд ли здесь нет чего-то такого, что нельзя заменить имеющимся, — бывший ученый отрицательно щелкнул языком. — Меня все устраивает. Я бы с удовольствием взял всю оплату вот этим изотопом, — он кивнул на ячею стеллажа, у которой остановился. — Но, к сожалению, большую часть суммы вынужден попросить валютой Республики. Мне необходимо в ближайшее время сделать один очень важный платеж, и кроме денег в этом вопросе мне лучше ничего не использовать ради собственного же блага.

— Понимаю, — кивнул Человек. — Курс цифрового эквивалента по отношению к вашей валюте показался вам невыгодным в сравнении с оплатой ресурсами. Это действительно так, но на то имеются причины. Все деньги Альянса, имеющиеся в нашем распоряжении, подлинные. Они захвачены в качестве трофеев в ходе боевых операций. У нас их не так много, и потому мы вынуждены держать курс. К тому же практически все наши поставщики, прибывая на обменный пункт в первый раз, желают получить оплату в валюте своей цивилизации. Девять из десяти поставщиков торопятся дать этими деньгами взятку кадровым службам, чтобы получить перевод из зоны боевых действий в тыловую часть. Им очень не хочется встретиться с нами в бою.

«И я их прекрасно понимаю, — подумал Хассс’Тонар, — не знаю, кому как, а мне довелось встретиться в сражении с Людьми. И как весьма разумный индивид, я отдаю себе отчет, что везение не может быть вечным». Чтобы не выглядеть совсем уж как все, он придал своему голосу выражение легкой насмешки и задал Приемщику вопрос:

— И что же берет каждый десятый? — Из разговора с Человеком выходило, что обмен идет уже далеко не первый день, причем довольно бодро. Выходит, не все решались на эту сделку так долго, как он. — Если деньги им уже не нужны? Большую партию редчайших изотопов или десять килограмм гифтония домой в посылке не отправишь. АБШ проверяет все более-менее крупные послания.

— Они копят на это, — Человек указал на отдельно висящую в воздухе небольшую витрину.

Бывший ученый подполз к ней и с интересом взглянул на краткое описание товара.

— Пять тысяч сданных модулей?! — цифра повергла его в шок. — Но что это за устройства?

— Это контейнеры, — спокойно объяснил Приемщик. — Внутри специальный состав, секретная разработка. Содержимое первой емкости вводится в кровь и остается в ее составе на срок от трех до пяти лет. Если сделать глоток из второй емкости, носитель начинает в течение суток излучать слабый сигнал, природа которого не подлежит огласке. Питьевой емкости хватает на десять применений, но ее состав не является секретным. Мы предоставляем формулу. Его можно синтезировать в любой полевой лаборатории Альянса под видом технической жидкости, не вызывая никаких подозрений. Иными словами, перед вами персональный идентификатор. Каждый носитель излучает собственные импульсы.