– Но из-за того, что появился Шар номер восемь и нам пришлось перейти на ускоренную…

– Хватит! – перебила Мойру Дина.

Все уставились на нее.

– С этим пора кончать, – объявила она. – Вот послушайте. Когда мне было четырнадцать, у папы на шахте случился обвал, погибли одиннадцать человек. Он так никогда полностью от этого и не оправился. И, естественно, попытался разобраться, что произошло. Оказалось, что это долгая история. Сначала случилось одно, потом другое… короче говоря, по отдельности каждое из принятых решений было совершенно правильным, но никому и в голову не могло прийти, к чему они приведут в совокупности. Папа все равно чувствовал себя виноватым – хотя в обычном понимании этого слова его вины там не было вообще никакой.

Теперь о том, что случилось у нас, – продолжала Дина. – Шон Пробст основал компанию по разработке астероидов, запустил кучу микроспутников и собрал базу данных околоземных объектов, которую компания держала в секрете. Базу данных он взял с собой, улетая навстречу Греке-Скелету. В радиостанцию попал метеорит, и он остался без связи. В самый последний момент, когда, по большому счету, было уже поздно, он решил проверить базу данных и выяснил про Шар номер восемь. Он сказал мне, я – Дюбу, Дюб – всем остальным, и мы перешли на ускоренную подготовку к Белым Небесам. Мойра запустила планировавшийся около года проект по распределению образцов из ГАЧ по каплям. Как и любой другой проект в человеческой истории, он раскочегарился не сразу из-за разнообразных накладок. Мало того, из-за Выплеска на срочных работах оказались задействованы все эмки и все скафандры. Отправлять архив на капли удавалось лишь понемногу. Казалось естественным хранить оставшиеся образцы в холоде ГАЧ, пока не удастся разрешить проблемы с логистикой. Начался Выплеск, к нам сюда запустили кучу самой разнообразной херни, «Параматрица» принялась мигать огоньками как сумасшедшая. Капли раз за разом загонялись в угол, две мы чуть не потеряли. Мы с Айви отправились на эмке за Джулией, чем, надо полагать, только добавили в систему шума и хаоса. Ну и в результате случилось то, что мы сейчас видели. Капля-214 сорвала с ГАЧ неудачно спроектированную термозащиту, так что образцы оказались непосредственно открыты излучению, исходящему от земной атмосферы. Прежде чем удалось сляпать новую защиту, все образцы успели нагреться. И, как следствие, погибли. Ведь так, Мойра?

Мойра, очевидно, не доверявшая собственному голосу, лишь кивнула в ответ.

– Хорошо, – сказала Дина. – Таким образом, вопрос Маркуса, я думаю, надо понимать следующим образом – сколько образцов из ГАЧ удалось переместить в другие холодильники до того, как все произошло. Иными словами, какая часть архива уцелела?