— Не нужно, — сказала я и на несколько секунд замерла перед решеткой, вопросительно глядя на Лана и Клесса.

Каттис едва заметно кивнул.

Остаток дня прошел незаметно. Я еще раз спускалась проведать «рабов», убедилась, что их действительно покормили и ничего с ними не случилось. После чего поднялась наверх и попыталась уснуть. Морфей сегодня меня нагло игнорировал.

— Да прекрати ты ворочаться, — проворчала лежащая рядом Эйлиз. — А то эти двое под дверью так и не решат чего хотят.

Прислушалась и правда едва уловимая возня. Ничего умнее, чем подкрасться к дверному проему сбоку, я не придумала. Там и остановилась, затаив дыхание. Лиса же воспользовалась моментом и вытянулась на моем месте под одеялом. Тут бесшумно приоткрылась дверь и в комнату скользнуло два силуэта. Первый кинулся к кровати и сноровисто замотал Эйлиз, после чего с помощью второго засунули ее в огромный мешок вместе с одеялом. Что показалось подозрительным, так это отсутствие какого-либо сопротивления со стороны баронессы.

— Тащи скорее, — понукал первый, подталкивая подельника к выходу.

— Ты бы сам подхватил за концы. Тяжелая она какая-то, — прокряхтел второй. — Не скоро еще очухается.

— Ты сколько на тряпку налил? — прошипел первый.

— Ну плеснул ложки две.

— Дубина! Теперь она точно околеет! — первый бросил концы мешка.

Раздался характерный стук тела оземь. Это они мне так и Эйлиз и тушку мою бесценную угробят.

— Ироды, кто ж так похищаемую так на пол швыряет, а? — мой хриплый, но вкрадчивый голос заставил второго подпрыгнуть на месте.

Дверь я предусмотрительно закрыла на засов. Первый без лишних предисловий отвесил оплеуху второму, после чего бросил ко мне. Битый подельник с секундным запозданием последовал его примеру. Время растянулось. Эти двое повисли будто мухи в меду. В этот момент краем глаза я заметила приближение чего-то темного со стороны мешка с Эйлиз. Первой мыслью было метнуться прочь, но что-то меня остановило, будто уверенность в правильности происходящего. Еще какой-то ничтожный отрезок времени и я наблюдаю все происходящее от первого лица, но не распоряжаясь телом. От меня к этой парочке метнулась пара фиолетовых сгустков. Почти привычно. Следом за ними рванули ярко огненные нити. Что-то новенькое. Дальше была боль и вспышка света.

Проснулась я утром от стука в дверь. Голова болела, будто ее засунули в колокол и использовали вместо его языка. За дверью протяжно вздохнули и принялись долбить с новой силой.

— Чего тебе? — утробно рыкнула я, пытаясь подняться с пола.

Рык получился внушительным.