– Он согласен, – сказала Мира. – И вы теперь повенчаны.

Митька усмехнулся. Вот уж не думал, что придется вот так: без согласия невесты, в Черных песках.

– Темка, если Лисена захочет, ты засвидетельствуй.

Побратим кивнул.

– Ну вот и все, – сказал Митька.

Метнулась птица к земле, промчалась над головами – ветром хлестнуло от огромных крыльев, и снова поднялась в небо.

– Орел проводит тебя до калитки, – сказала Мира.

– А какой он – Сад? – выдохнул Темка.

Покровительница Миллреда беспомощно пожала плечами.

– Не видели, – признался Родмир, все так же сидевший на песке и не выпускавший из рук Дарену.

Они не умели встречаться после долгой разлуки. Но и прощаться тоже не умели. Обнялись неловко.

– Я не хочу, – совсем по-детски сказал Темка. – Ну почему кто-то из вас должен умирать? – голос у него пресекся. – Ну почему?! За что, Создатель?

– Встречу – спрошу, – неловко улыбнулся Митька. Повернулся к покровителям: – Что я должен делать?

– Ничего, – у Миры в глазах блестели слезы. – Но ты лучше ляг.

Митька растянулся на жаркой бронзе, чувствуя себя донельзя глупо. Рвался дурацкий смешок: «Руки на груди складывать?» Но глянул в лицо побратиму – и осекся. У Темки в глазах боль плавится, точно снова жгут его раскаленным железом. Качнулся песок, будто Митька лежит на плоту, и его несет разлившаяся по весне Красавка.

Мира уронила монетку.

Теперь Александер благословлял свою идею проверить оружейную в Западной башне. Тогда поднимался неохотно, чувствуя, как мозжит в руке. С утра собиралась гроза, вот и ныла культя к непогоде. В такие дни капитан становился раздражительным, и солдаты предпочитали не показываться ему на глаза. Александер долго осматривал комнату, выискивая, к чему бы придраться. Подергал решетку на окне. Случайно глянул вниз и увидел всадника, мчавшегося к Торнхэлу. С удивлением узнал князя Лесса. Он-то что тут делает? И как гонит, даже любимого Санти не жалеет.

Капитан заспешил вниз, отдал приказ открыть ворота. Не приведи Создатель, что в Турлине случилось! Или дело в князе Торне? Тихо на миллредской границе, но милость Росса не бесконечна. Александер вышел на дорогу и успел увидеть, как всадник свернул в сторону, к Орлиной горе. Только пыль столбом. Да куда его понесло? Безлюдно в тех краях, и дороги-то толком нет.

– Закрывать? – робко спросил солдат.