– Я готова.
– Уже?!
Трое из-за стола глядели на нее – функция бесстрастно, женщина встревоженно, и только физрук, к чьему новому качеству Сашка никак не могла привыкнуть, щурился с явным удовольствием.
Стерх у входа на сцену нервно повел плечами:
– Вы уверены, Саша?
– Да, – она встала.
Поймала на себе взгляд Кости. Длинный тоскливый взгляд. Вспомнила эту елку с единственной гирляндой из мишуры, этот огонь в камине; вот где надо было ставить временную петлю. Она не додумалась… или побоялась. Потому что был уже горький опыт, был день в ее жизни, когда Егор повторял раз за разом: «Давай поженимся?»
Егор так и не узнал правды о закольцованном дне. При мысли об этом Сашка чувствовала почти гордость.
Чем я занимаюсь, думала она, пробираясь вдоль ряда. Я, глагол в повелительном наклонении, собираюсь первый раз
У лестницы на сцену ее встретили Портнов и Стерх.
– Удачи, – серьезно сказал Портнов, глядя поверх стекол. – Ты – лучшая.
– Все будет хорошо, – Стерх подал ей руку, помогая подняться. – Удачи Саша. Еще полетаем.
Перед столом она остановилась, не зная, что делать дальше. Дим Димыч поднялся и поманил ее пальцем. В глубине сцены стояли столы, как в аудитории. На каждом – стакан, полный отточенных карандашей, стопка белой бумаги и бутылка минеральной воды в окружении стаканов.
– Не надо нервничать, мы ведь давно знакомы, – мнимый физрук пододвинул Сашке стул. – И мы еще будем работать на четвертом курсе. Потом на пятом. Потом вы поступите в аспирантуру, я надеюсь. А сейчас у нас всего лишь переводной экзамен, и вы должны выйти за грань. Прыгнуть выше головы. Как обычно.
За Дим Димычем виделась теперь сложнейшая структура, жутковатая и мощная – страшно было представить, что вот с
– Первые два задания минуем быстро, не так ли?
– Да.
– Приступайте.