В комнату зашла полноватая женщина лет тридцати:

— Добрый день, как самочувствие?

— Отлично!

— Очень хорошо, а ты помнишь, как тебя зовут?

— Наверное, Дина, — Лайла решила использовать подслушанное имя.

— А фамилия?

— Оганесян.

— Отлично, а какой сейчас месяц? Год?

— Не помню, я вообще мало помню, что было до сих пор, я очнулась только что и ничего не могу вспомнить.

— А в каком году ты родилась?

— Не знаю.

— А как зовут твою маму?

— Не могу сказать.

— А ты помнишь, как ты попала к нам в клинику?

— Нет.

— У тебя что–то сейчас болит?

— Нет, я чувствую себя совершенно здоровой. Зачем меня привязали? Я в тюрьме?

— Нет, ты в больнице, а привязали тебя, потому что ты всё время пыталась куда–то бежать, дралась, покусала соседку…

— Я больше не буду, отвяжите меня.

— Посмотрим, надо немного понаблюдать, и я обязательно тебя отвяжу. А сейчас скажи, у тебя никаких голосов нет в голове? Никто не комментирует твои мысли, не пытается тебе приказать что–либо? У нас здесь специальная клиника, не бойся, расскажи, мы как раз специализируемся по борьбе с такими состояниями. Ты должна полностью открыться нам.