– Раш, я предпочитаю любить человечество в целом.

– Это удобнее…

– Умница, – нежно сказал Кей. – Гораздо удобнее. Особенно когда сотню раз получишь пинка от тех, кого любишь. Собственно говоря, тогда это становится единственным выходом.

– Я…

– Никогда бы меня не предала. Конечно. Ты сегодняшняя – нет. Но будет завтра. Я прожил достаточно, чтобы понять – завтра наступает всегда. Порой хочется не дожить до него… иногда это удается. Но завтра все равно наступает.

– Ну почему вы такой глупый! Я говорю, что я… что очень хорошо к вам отношусь. А вы мне про свои обиды!..

Рашель отвернулась.

– Извини. – Дач потер лоб. – Ты права. И зови меня на «ты».

– Ладно…

– Раш, мне просто показалось, что ты немного в меня влюблена. И я решил сразу же тебя от этого предостеречь.

– Спасибо!

– Мир?

Девушка молчала.

– Когда я влюблюсь в тебя, ты немедленно узнаешь об этом, – серьезно продолжил Кей.

– Когда я тебя разлюблю, ты тоже почувствуешь. – Рашель посмотрела на Дача. – А поцеловать меня рискнешь?

Если Кея и удивил ее неожиданный натиск, то это никак не отразилось на его лице. Он наклонился к девочке – силовое поле скользнуло по волосам и отключилось.

Ее губы были неожиданно опытными, умелыми, и это вдруг кольнуло Дача – странной, бессмысленной обидой. Словно неожиданная влюбленность Рашель была правильной. Словно в мире существовала верность и он, живший случайными романами, был вправе на нее претендовать.

– Пойдем? – Рашель отстранилась.

– Пойдем. – Он снова взял ее за руку. Молодой мужчина, гуляющий по вечернему саду с девочкой-подростком. Если мораль Таури не слишком изменилась за последние двадцать лет, то он ничего предосудительного не совершает.

Впрочем, по большому счету ему было на это плевать.