Когда врач вышел, Грей тихо засмеялся. Похоже, быть врачом у бессмертного – нелегкое испытание для психики. Заставляет выдумывать проблемы там, где их нет.

Коммуникатор на столе издал тихую трель.

– Слушаю, – бросил Грей.

– Челнок с клинч-командором Шегалом приземлился на правительственном космодроме. Он просит немедленной аудиенции. Какие будут распоряжения?

– Проводите его ко мне.

Император еще раз улыбнулся, вспоминая слова врача. Слишком много паники из-за ерунды. Вот и Шегал нашел очередную причину для волнений… Грей подошел к окну, коснулся тяжелых штор, и они медленно раздернулись.

На Таури сады не могли служить признаком роскоши. Комплекс правительственных зданий окружало желтое песчаное поле, усыпанное разноцветными каменными глыбами. Кусочек пустыни, которой никогда не было на этой планете. Мертвый и красивый… эстетика президента Таури была столь же своеобразной, как и его сексуальные вкусы.

– Этот мир мой, – сказал Грей.

Глупо сковывать себя политическими играми, когда являешься владыкой Вселенной.

– Командира оперативной группы ко мне, – приказал Грей, не оборачиваясь к коммутатору. – Министра пропаганды. Политконсультанта… нет, его не надо.

Он давно не смещал правителей такого уровня, как президент Таури. Но твердо собирался сделать это сразу после разговора с Шегалом.

8

8

Далеко от Горры, вне зоны контроля орбитальных баз, бывший имперский эсминец, ставший прогулочной яхтой Матери Семьи, лег в дрейф.

Лика Сейкер и Кей Дач стояли у навигационного экрана. Дач сам просчитывал курс, и Лика не стала предлагать услуги своего навигатора.

– Только с дозаправкой, – сказал Дач. – Либо на Рухе, либо на Фиернасе.

– Не думаю, что анклав Империи безопаснее Руха, – заметила Сейкер. – Скорее, с вероятностью шестьдесят пять процентов…

– Оставь свои расчеты, Лика. Погоню возглавляет Лемак, не так ли?

– Судя по заявлению Императора, да.

– У него старые счеты с мршанцами. Он не сунется на Фиернас.