– Они пользовались своим военным шифром «Ал-семь», – с легким удивлением сообщил навигатор. – Предполагается, что мы его не знаем, адмирал!

– Нет времени на новый запрос. – Лемак сдержал раздражение. Проклятые лисы из всего ухитрялись извлечь выгоду, почти как люди. – Ведите корабль.

– Семь минут до точки перехвата, – сообщил навигатор.

Лемак занял свое кресло. Покосился на Артура, неподвижно сидевшего в соседнем. Мухаммади стояла – ее реакция и сила позволяли удержаться на ногах, даже если компенсаторы не погасят какой-либо маневр корабля.

– Ну что же, ты был прав.

Артур кивнул, не отрывая глаз от экрана. Он не был расположен разговаривать, но Лемаку хотелось выговориться.

– Похоже, мы возьмем Кея. Наш супер оказался недостаточно удачлив.

Кертис-младший посмотрел на адмирала, и странная улыбка осветила его лицо.

– Это я был его удачей, Лемак.

В форсированном режиме двигатель «Кузнечика» мог работать недолго. Они ложились на разгонную траекторию, и Томми, полуприкрыв глаза, следил за обзорным экраном. Планета начинала обретать объем – крошечная пылинка в океане космоса, еще одна из их несостоявшихся могил.

– Уйдем, – вполголоса сказал Кей. – Должны уйти. Томми, расчет прыжка!

Без особого желания Томми переключил дисплей в навигационный режим. Примитивный гиперпривод имел столь же примитивные курсовые программы, и речь не шла об идеальной траектории. Любая, подходящая под мощность двигателя и длящаяся меньше пяти дней, их устраивала.

– Мы много народу положили? – проглядывая экран за экраном, спросил юноша.

– Изрядно.

– А твоему другу ничего не будет?

– Насколько я знаю мршанцев – нет. Он всегда может сослаться на незнание и нормы гостеприимства.

– Тогда он исключение из правил – обычно твои друзья плохо кончают.

– Работай.

– Я работаю. Есть курс. Трое суток пути.