– Всем нужны власть и безопасность. Ты владеешь их символом. Да, мы можем говорить абсолютно свободно. У меня есть экранирующее устройство.

– О чем нам говорить?

– Мальчик, я отношусь к тебе с искренней симпатией. – Шегал поставил перед ним бокал прямо на лист бумаги с недописанным текстом. – Ты прекрасно держался на Лайоне. Ты умеешь ставить людей на подобающие им места, разве что с механисткой не так. Но тут причины особые, верно? – Он подмигнул.

– Верно.

– Что ж, мы на пути к дружескому разговору. Артур, как ты относишься к проекту своего отца – «Линии Грез»?

– Никак. Трата времени и сил.

– Я бы подобрал более крепкие выражения, Артур. Это смерть Империи.

– Поговорите об этом с Кеем. Вы сойдетесь во мнении.

– Во мнении, но не в путях. Твой бывший друг рассчитывал убить старичка Императора и этим успокоить Ван Кертиса. Дать ему шанс править и чувствовать ответственность за человечество. Но ведь твой отец не остановится, верно? «Линия Грез» стала его любимой игрушкой.

– И вы хотите убрать отца.

– Откровенно? Да. Я мог бы вести долгие и сложные беседы, склонять тебя к этой идее, но зачем? У меня появились варианты.

Артур отпил вина из бокала.

– Так вот. Первое, мальчик. Ты можешь заставить работать аТан-системы. Я уверен – любой с генотипом Кертиса явится той недостающей деталью, которой не хватает подражателям.

Кертис-младший косо глянул на Шегала.

– Второе. Ты вырос. Но никогда и ничего не достигнешь. Твой отец бессмертен – а ты вечный принц.

– Вы и впрямь похожи с Кеем.

– Третье. Не обязательно убивать Ван Кертиса, если ты хочешь сохранить руки чистыми. Комфортабельная, но надежная ссылка – не худшая судьба в нашем несовершенном мире. Как вариант, мы можем заставить его воспользоваться собственной игрушкой – «Линией Грез». Пусть будет счастлив там, а ты будешь счастлив здесь. Императора устраивает статус-кво и особое положение компании «аТан». Будь на вершине и не пытайся потрясти мир.

– Мир потрясают те, кто втоптан в грязь. С Олимпа можно лишь метать молнии.

– Ни ершись. Четвертое. Если сказанное мной тебя не устраивает, ты разделишь судьбу своего отца.

– А как же бессмертие?