Ночная сторона.

Четкие орбиты следящих спутников на моем мониторе.

Мы уже на аппарелях. Справа – Павлов, он Сокол. С ним Василиса и чертова уйма взрывчатки. Василиса – Белка. Слева – Август с электромагнитной гадостью в нагрузку. Он, разумеется, Орел. А меня обозвали Синицей.

Август сказал, что ради соответствия исторической правде Павлов должен быть Стрелкой. Ну, раз с ним вместе летит Белка. Тогда ты – Лайка, ответил Павлов, но такое имя брать нельзя, дурная примета. Поэтому нечего выпендриваться, будем, как все, орлами-соколами.

Вчера я просто в осадок выпала, когда увидела багаж Павлова. Мы по секундомеру буквально перепрыгнули с борта яхты на «Дельфин-1», который вела баба Лиза. Перед стартом она получила багаж Павлова и доставила в целости. К счастью, ей никто не сказал, что в контейнере полтонны взрывчатки. А к утру часть его сокровищ распределили по двум челнокам. В моем, «командном», была только аппаратура.

Отсчет.

Справа мелодично засвистел Павлов. Слева недовольно фыркнул Август.

– Переведите, – потребовала я.

– Фальшивит, – объяснил Август.

– Сам ты фальшивишь. Это кавер-версия, – отозвался Павлов.

«Дельфин-2» вышел на позицию.

– Начали!

Красивого взрыва с разлетом осколков не было, просто спутник свинтился с орбиты и ушел вниз.

У нас ровно три часа до подхода ближайшего патрульного корабля.

Люк открылся. Перед нами – радужный край атмосферы Беты. И планета внизу.

– Сброс.

Три беспилотника, потом мы, потом еще три беспилотника.

Верхние слои атмосферы. Порядок, все планово, я выровнялась. В яму провалился Август, но немедленно догнал. А Павлов нырнул так, что у меня сердце екнуло. Хоть бы собаку пожалел.

Пошли по точкам.

Я не села, а упала. Да черт с ним, хотя задница не казенная. Мне не бегать по пятнадцать километров надо было, а повторить пилотаж.