По периметру здания молча и напряженно стояли люди Ю Линь.

Когда мы вошли, Август провел короткий инструктаж, который сводился к приказу стрелять на поражение по любому белому человеку и объяснению, куда именно стрелять, чтоб наверняка. Я удивилась — а если кто-то из служащих Николса выжил? Вдруг спрятался в парке, а сейчас попробует выйти? Но когда увидела гостиную, то поняла: Август прав.

Живых тут не было.

Николса мы нашли в кабинете. Точнее, то, что от него осталось. Ю Линь попросила у меня разрешения закурить. Я позволила.

— Бао Демина убили точно так же, — сказала она.

Николс не дожил до нашего появления каких-то полчаса.

— Теперь я знаю, почему его убили. И почему убили Го Чанчан. Она похожа на Соню. Соня была здесь. У Николса и Бао Демина не было ничего общего, кроме Сони. Оба ее знали.

Чип, подумала я. Они ищут чип с документацией, которая позволит создать им самое неотразимое и самое разрушительное оружие в мире. Тогда уже неважно станет, как зовут очередного диктатора или императора. И во что веруют жалкие людишки. Потому что новым богом станет Тим Клодан с его армией андроидов.

И скажите спасибо, если Тим Клодан, а не какой-нибудь андроид.

* * *

Мы мчались сквозь мглистую сайгонскую ночь. Ю Линь повела свой кортеж обходными путями, огибая город, по проселочным грунтовым дорогам, раскисшим от постоянного дождя, через поля, рощи, речушки. Иногда она сворачивала и ехала напрямую, по нетронутому лугу или холму. На Земле ее, наверное, осудили бы лет на пять за нарушение экологических норм. А на Сайгоне природу берегли лишь ту, какая приносила выгоду, да и берегли не столько природу, сколько свои барыши.

Из-под колес летели комья грязи, вязкими шматками залепляли стекла. Системы внешней очистки давно уже не справлялись. Жаль, что здесь нельзя было лететь — горы. Днем, в ясную погоду и штиль — еще куда ни шло. Но не ночью, в обломный ливень на фоне штормового ветра.

Впереди сверкнула разлапистая молния, на целых две секунды затопив мир мертвенно-белым светом. Мир показался замкнутым в коробочку из мутного стекла, набитую мятой бумагой и старым сеном.

Головная машина забуксовала в глубокой грязи, часть дороги обвалилась в кювет огромным кусом глины, увлекая за собой автомобиль. Машина перевернулась. Кортеж снизил скорость лишь для того, чтобы объехать провал.

— Некогда, — сквозь зубы бросила Ю Линь. — Выберутся и догонят.

Когда кортеж выбрался на широкую и пустынную трассу с покрытием первого класса, мне стало по-настоящему жутко. Дорога шла по голой, необитаемой равнине. Мы здесь были как на ладони. Ю Линь прибавила скорость. Август раскрыл наладонник и показал мне наш маршрут. Оказалось, мы сделали огромный крюк, объехав город с запада, и теперь снова двигались по направлению к нему. Где-то рядом уже был поворот к вилле Тана.