Торн улыбнулся.

— Мы задавали ему этот вопрос, и он ответил. Он сказал, что даже в этой тесной сфере он может жить, а его напарника могут уничтожить за упрямство.

— Все как у всех?

— Да, все как у всех. Такие разные подходы в сходных ситуациях проявляются и у людей, и у каттингов. Правда, вот инсайдеры могут все рассказать про любых союзников, у них насчет этого никаких запретов. Но что касается секретов инсайдерского сообщества, тут полный молчок.

79

79

Танкетка бодро постукивала гусеницами, разгоняясь на пологих уклонах, и чуть поддымливала двигателем там, где приходилось тащить прицеп в гору, но по мере движения на восток местность становилась положе и рывков на сцепку приходилось все меньше. Водитель вовсе перестал нервничать и даже завел разговор с сопровождающим — лейтенантом Маллинзом о перспективах войны с муглами.

— Который год бьемся, сэр, а конца все не видно.

— Мы лишь удерживаем фронт, а основные события происходят в других местах, капрал.

— Значит, и дальше будем ни туда ни сюда?

— Я же говорю, здесь вялотекущая фаза конфликта, и ни одна из сторон не желает перебрасывать сюда значимые силы и активизировать действия.

— Но почему, сэр? Навалились бы большой силой и разом сбросили муглов с Глории, а потом бы поехали воевать в другое место.

Маллинз вздохнул. Будь водитель наемным савояром, он просто приказал бы ему заткнуться, но тот был нороздулом — капралом с тройным маркером за участие в больших кампаниях. Неудивительно, что течение здешней вызывало у него вопросы.

— Существует планетарная стратегия, капрал, мы можем выхватить эту планету и оказаться, скажем так, в тылу у противника — в планетарном плане.

— То есть, сэр, на таком огромном фронте, где вместо дотов целые планеты?

— Да, вы совершенно правы.

Танкетка подпрыгнула на скрытом в траве булыжнике, и сзади лязгнула сцепка.

— От, жеж, тяжелая, зараза! — посетовал водитель. — Говорил я вашему начальнику — возьмите тягач, тот бы эту бандуру, как игрушку на веревочке тащил. Но начальник сказал, что важна скорость. А какая тут скорость, на этих булыжниках? Корпус-то у нас дважды битый, считай, сварной. Еще раз покрепче тряхнет и швокрень выдернет. Днем бы я, конечно, эти булыжники не пропускал, но ночью-то как? Экран же плоский.

— А почему вы не наденете очки? В них все было бы как днем.

— Нет, сэр, очки хороши на пятнадцать минут дороги, а потом просто перестаешь соображать, и все тут. У них же там внутри… — водитель постучал пальцем по стойке корпуса, — виртуальная реальность, а как она на живого норза действует, никто никогда не проверял.