– Пошел ты…

– Я приду. Я должен выполнить свое обещание, которое дал Женьке. До декабря я появлюсь обязательно. Самое главное – любой ценой забери старика из его квартиры. Любой ценой. Скажешь Женьке, что иначе он никогда не узнает о том, что случилось с его сыном. И не узнает имени того, кто организовал убийство.

– Что будет с домом?

– Бомба. Пятисоткилограммовая бомба.

– Это не изменит историю? То, что генерал выживет?

– Тебе еще не надоело думать об этом? – спросил Орлов.

– Нет, – честно сказал Севка.

– И тебя я отвезу домой. Ты перебесишься, и я тебя отвезу.

Севка не ответил.

– Все, – вместо прощания сказал Орлов и захлопнул дверцу.

Севка отошел к комиссару и Евграфу Павловичу. Остановился возле них. Они стояли и смотрели, как четыре машины по гудку двинулись вперед. И исчезли. Без вспышки, взрыва или толчка. Были – и не стало.

Комиссар посмотрел на часы.

– Снаряды – в болото. Справимся?

Они справились. Вернувшиеся от леса вместе с Костей бойцы помогли утопить снаряды. Потом Костя сел за руль грузовика, завел двигатель и выпрыгнул из машины.

Грузовик завалился набок, потом перевернулся и медленно утонул.

– А под гатью тут глубоко, – удивленно сказал Репа. – Если бы сюда нас профессор перебросил, все бы и пошли на дно.

– Все, – сказал комиссар, посмотрев на часы. – Пора.

Бойцы и Костя пошли вперед.

Генерал, комиссар и Севка шли в нескольких шагах сзади.

– А мне даже немного жаль Данилу, – сказал Севка неожиданно даже для самого себя.