— Ты не животное, и он должен назвать тебе свое имя.

Шеймас мне улыбнулся.

— Мне нравятся твои современные идеалы, но для меня уже слишком поздно получать от них удовольствие.

— Нет. — Я прикоснулась к его руке, голая кожа к голой коже, и между нами прошла вспышка тепла. Я чувствовала его зверя, видела его разумом, где таились грезы. На меня смотрела вергиена, и внутри себя я ощутила какое-то новое шевеление. Я чувствовала нового зверя.

Карие глаза гиены Шеймаса уставились прямо на меня.

— Ты не можешь быть одной из нас.

— Пуля прошла через тело Арэса в мое. Не думала, что этого окажется достаточно.

— Сейчас его зов тише, — сказал Шеймас.

— Из-за моего прикосновения к твоей руке?

— Да.

Была мысль позвать Эдуарда, потому что, если потребуется, нужно, чтобы кто-то мог пристрелить Шеймаса, но хотела продолжать прикасаться к нему, хотя, если он сдастся, мне бы не хотелось оказаться к нему так близко, пока я пытаюсь его застрелить. Вне зоны досягаемости было бы просто отлично. Но мне не хотелось отвлекать Эдуарда, на случай, если ему требуется вся его концентрация, чтобы оторваться от зомби, которые, вероятно, пытаются забраться по лестнице и проникнуть в спальню. Я сделала единственно возможное: оставила левую руку на его руке, а правой сжала Браунинг.

Шеймас посмотрел на пистолет, а затем снова мне в лицо.

— Если придется, пристрели меня.

Я просто кивнула. У меня было такое намерение. Я облажалась с Арэсом, не пристрелив его как можно быстрее. Больше не налажаю, не в такой ситуации.

— Полиция! В доме кто есть? — кто-то крикнул.

— В гостиной! — крикнула я в ответ.

Из кухни в гостиную вошел заместитель Эл. Увидев нас, он улыбнулся.

— Что стряслось?

— В подвале зомби, — ответила я. Словно в подтверждение, послышалось еще больше выстрелов.

Он выхватил свое табельное оружие. Посмотрел в направлении раздающихся выстрелов, затем снова на нас.