Настя во многом разделяла взгляды Филиппа на конъюнктурную политику. Рационально и сверхрационально. Только что изложенная аполитическая инвектива, а также филиппики, катилинарии, иеремиады, диатрибы и прочая риторика, в том же синонимическом ряду подвергающие суровой критике материалистические общественные взаимоотношения и политическую конъюнктуру, ей близки по духу.

Хотя нельзя безапелляционным тоном утверждать, будто бы она разноцветную и разнообразную политику на дух не переносит, будучи женой инквизитора-коадьютора, занимающего опять-таки, стоит признать, политический пост в орденской иерархии. Критика, она и есть самокритика, если касается диалектических противоречий людского бытия, необъятно простирающегося между духовным и материальным, между отрицанием и утверждением.

— Фил, ответь начистоту, если откровенность в данном случае дозволительна, — свой главный вопрос Настя долго готовила и задала его по частям. — Дама-зелот Прасковья вчера в разговоре со мной назвала тебя и призом и трофеем, за обладание которым нынче борются техногностики, модераторы и ноогностики. Ты-то лично себя к какому лагерю относишь, муж мой, если взять оные идейные нюансы и романсы чисто политически или же предвзято аполитично?

— Мой глубокоуважаемый прецептор Пал Семеныч Булавин спит и видит, как бы меня продвинуть в орденские клероты, записав в убежденные модераторы-ноогностики. Твой высокочтимый Патрикей Еремеич Суончер знай себе зазывает на сторону техногностиков эдакими прозрачными намеками.

Меж тем я остаюсь самим собой и уповаю на Бога таковым индивидуумом пребывать во веки отпущенных мне календарных веков. Особливо, ежели иметь в виду, что оба идеологических варианта аноптического вмешательства ордена в секулярную политику мне решительно не по душе.

Наши общественные задачи по удержанию в допустимых Господних рамках магии и волшебства испокон веков определены и утверждены. В то же время умножать зловонные политические сущности сверх необходимого едва ли пристало…

Ох мне политика грех наших ради. Иди-ка ты, Настасья свет Ярославна, свари любимому мужу чашечку ароматного кофе. Так сказать, политически.

— Сию минуту, мой повелитель, — весьма политично повиновалась Настя.

— 3-

Едва Настя вышла на кухню, как на Филиппа тут же накатило, навалилось ретрибутивное видение.

«Ох мне воздаяние за дидактическое многоглаголание», — подумал он в гаснущем пограничном сознании, все-таки успев засечь текущее время на коммуникаторе.

От неизреченного сюжета ночного к сюжету утреннему… Да спасется присноверующий в милость Господню!..»