Минуя один из темных поперечных туннелей, Конрад осветил стену, и мы увидели на ней грубо нарисованную красным мелом стрелу, указывающую в меньший туннель.

– Он не может выходить наружу, – заметил я. – Скорее, погружается в самое чрево холма.

– В любом случае, давай осмотрим его, – предложил Конрад. – А обратный путь в этот туннель найти нетрудно.

Мы пошли по указанному стрелкой проходу, минуя еще несколько коридоров побольше, и у каждого находили стрелу, подтверждающую направление нашего движения. Узкий луч фонаря Конрада порой терялся во мраке, и, по мере погружения в сердце проклятого холма, меня охватывали смутные опасения и предчувствия. Внезапно туннель закончился узкой лестницей, ведущей вниз и исчезающей в темноте. Когда я взглянул на ее вырубленные в скале ступени, меня охватила невольная дрожь. Кто спускался по ним в давно забытые столетия? Вскоре мы заметили еще кое-что: возле лестницы находилась маленькая камера, ведущая далее в туннель. Когда Конрад осветил ее, с моих губ сорвался вопль. Комнатка была пуста, но изобиловала следами недавнего пребывания в ней хозяина. Войдя внутрь, мы оглядели ее содержимое, следя за игрой тонкого луча света. Нас поразило не то, что комнатка была оборудована под человеческое жилье, а царивший в ней беспорядок. На каменном полу лежала на боку сломанная походная койка, кругом были разбросаны разорванные на полосы одеяла, изодранные в клочья книги и журналы, помятые банки продуктовых консервов, среди которых лопнувшие и выплеснувшие свое содержимое. На полу лежала вдребезги разбитая лампа.

– Чье-то тайное убежище, – заметил Конрад. – Клянусь головой Ионы Кайлза. Но что за хаос! Посмотри на эти консервы, вскрытые ударами о каменный пол, а эти полосы из одеял – как будто кто-то порвал на части лист рисовой бумаги. Боже мой, О'Доннел, ни один человек не способен на такой разгром!

– Кроме сумасшедшего, – пробормотал я. – А это что?

Конрад поднял записную книжку и поднес ее к свету.

– Сильно порвана, – пробурчал он. – Но нам повезло: это дневник Ионы Кайлза! Мне знаком его почерк. Видишь – последняя страница цела и помечена сегодняшним днем! Это определенно доказывает, что он жив.

– Но тогда где он? – прошептал я, испуганно оглядываясь по сторонам. – И почему здесь такой разгром?

– Могу предположить только одно, – сказал Конрад. – Очевидно, войдя в эти пещеры, полубезумный Иона окончательно помешался. Мы должны держаться настороже – вполне вероятно, что он нападет на нас в темноте.

– Я уже подумал об этом, – невольно вздрогнул я. – Приятно представить себе затаившегося в этих дьявольских черных туннелях безумца, готового прыгнуть нам на спину. Валяй, читай дневник, а я присмотрю за дверью.