Гайзерик велел своим призракам спуститься и посмотреть, что происходит. В темноте он разглядел, что три черных корабля без единого огонька обрушились на ничего не подозревавшего купца и в момент разделались с ним! Это были самые настоящие пираты; они сразу же проломили кораблю днище, обрекая на смерть всех, кто на нем был, кроме капитана и нескольких пассажиров, оказавшихся при хороших деньгах, — только их они и забрали с тонущего корабля. А всю остальную команду постигла страшная участь: им выпускали кишки, вешали, прогоняли по доске… Очень скоро у Гайзерика, наблюдавшего за всем этим свысока, не осталось сил смотреть на этот садизм.

Не забывайте, что, кроме повелителя призраков — юного и безоружного, — там не было ни одного человека. И у его мверзей для боя были только лапы и крылья. Невзирая на это, он направил свою мрачность на реи черных кораблей, чтоб хотя бы повредить, насколько удастся, такелаж и рангоут. Увы, пираты оказались готовы к их появлению — они заметили мрачность, поскольку мверзи неосторожно пролетали на фоне луны. Так вот, я сразу же обратил внимание на такую странность — эти злодеи-пираты оказались готовы к появлению Гайзерика и его отряда; к этому я сейчас перейду. Как бы там ни было, увидев, кто их атакует, пираты вытащили спрятанные под парусиновыми навесами метательные устройства и зарядили их сетями, которые были унизаны острыми, как бритва, зазубренными крюками! И как только мрачность спустилась на уровень верхних парусов, чтобы порвать их и сбросить реи, как ужасные баллисты дали залп. Жертвами этого первого выстрела стали сразу несколько призраков; опутанные сетями, пронзенные крюками, они упали в море и утонули, многих других крюки задели вскользь, разодрав плоть, проткнув мембраны на крыльях, и Гайзерик испугался, что таким образом скоро погибнет вся его мрачность.

Естественно, он поспешил отступить — ему просто ничего больше не оставалось, — а снизу под луной и звездами летели ему вслед насмешливые крики пиратов:

— Эй, ты, погонщик призраков! Эй, Гайзерик! Вот тебе урок! Не одному тебе можно свободно летать в небе! И передай всем, что с этого времени пират Гадж властвует над морем между Ориабом и материком и над небесами, берегами и внутренними областями Зуры и Талариона!

Потом они принялись скандировать: «Гадж! Гадж! Гадж Беспощадный!»

И из каюты на одной из страшных черных галер вышел предводитель этой ужасной банды — Гадж собственной персоной!

Не забывайте, что было темно — глубокая ночь, — и Гайзерик не мог разглядеть всего в должных подробностях. К тому же он смотрел с высоты на то, что находилось далеко внизу. И все равно ему показалось, что с этими пиратами что-то не так. Прежде всего, в голосах, которые он так и не смог отождествить ни с каким народом: гортанные, носового тембра, если слово «тембр» сюда подходит. Причем все они носили тюрбаны или треуголки — все до одного — и казались чересчур низкорослыми и, пожалуй, не походили на широкогрудых кривоногих разбойников, каких можно было бы ожидать увидеть. Вооружены они были абордажными саблями, у некоторых на лицах красовались повязки, прикрывавшие глаз, было заметно много других подобных примет; в общем, кем еще они могли быть, как не пиратами?