Я всё шагал и шагал, не в силах сказать ни слова. Впереди крики, сзади мертвая тишина, а внутри всё разрасталось и разрасталось болезненное чувство. В этих смертях есть и моя вина, но я не смогу остановить Лейн, разве что если использую печать и разрушу её тело. Но толку от этого, если она просто захватит новое? Не в силах больше выносить сцену истребления целой деревни и нарастающую боль внутри, я сорвался на бег. Сзади удивленно вскрикнули Кэйтан и Лия, но я не стал останавливаться и объяснять. Они просто не видят того, что вижу я, поэтому не смогут меня понять.

Спустя каких-то пять минут я остановился, тяжело дыша, и упал под какой-то куст. Бежать изо всех сил по горной тропе — то ещё испытание. Хотя тело и лишилось сил, но зато в голове прояснилось. И чего я так разволновался? Я ведь прекрасно знал, каким именно способом она получает мару. И если предстоит тяжелый бой, то вполне логично, что она решила её пополнить. По крайней мере она не сделала этого в Эртразе, иначе могла бы произойти ещё одна катастрофа вроде Полуночного Рассвета. Так что даже хорошо, что она решила ограничиться жителями этой деревушки.

Да, всё что ни делается, всё к лучшему. Я приподнялся, опершись спиной на жесткие ветки куста. Вот только эта странная боль… откуда она вообще взялась? Она значительно ослабла, но когда я начинал вспоминать произошедшее в деревне, снова становилась сильнее. Она была какой-то не совсем физической, но и не была похожа на муки совести. Я не мог определить её источник, это не было похоже на то, как болит живот. Это словно… страшная догадка заставила меня нервно захихикать. Я что, перенял от Элиссы врожденную мораль? Не в полной мере, конечно, иначе бы меня тут вообще скрутило, но очень похоже. Надеюсь, я ошибаюсь. Врожденная мораль — это, наверное, единственное, что я точно не хотел бы у неё перенять. Даже небольшой части достаточно, чтобы серьезно подпортить мне жизнь. Я посмотрел в чистое весеннее небо и тяжело вздохнул. Всё будет хорошо. Правда ведь?

Рядом послышались взмахи крыльев, а затем прямо передо мной приземлилась виверна. Она внимательно меня осмотрела, а затем издала пронзительный визг. Спустя несколько секунд послышался треск кустов, и из-за поворота узкой извилистой тропы показалась Лия. Она держала на руках красного, запыхавшегося и смущенного Кэйтана. Лия опустила его и возмущенно сказала:

— Инаэль, что это вообще было? Почему ты взял, и внезапно сбежал от нас, не сказав ни слова?!

— Я не от вас сбежал. Вы же меня нашли, верно? Мне просто не хотелось больше находиться в том месте.