Лес же умудрился преподнести мне неприятный сюрприз. Приземлившись на очередную ветку, я вдруг понял, что прилип. Превратившийся в живую ловушку дуб поблескивал крупными черными каплями, вырваться из которых я смог только телепортом. Спустя несколько переходов лес изменил тактику противодействия, и теперь, схватившись за ствол дерева пальцами, я с криком отдернул руку.

Перчатка дымилась от разъедающей ее кислоты. Хорошо хоть, прорезиненные подошвы восприняли такой метод противодействия весьма спокойно. Опыт альпинизма спас мне жизнь, когда я балансировал на ветке. Но теперь у меня не оставалось сомнений — рано или поздно тварь, раскинувшая свои сети в бывшем парке, выдаст мне смертельный ответ. И я очень пожалел об оставленном огнемете.

— Выжечь бы эту заразу, — пробормотал я, в очередной раз меняя дислокацию.

‼👹‼

Только приземлившись, я тут же прыгнул снова, даже не переведя дыхания. И это спасло мою шкуру. Сразу с нескольких слоев послышался сухой треск, и в место, где я только что стоял, полетел рой щепок и кислотных брызг. Сомнений не оставалось — лес пробует все методы, чтобы изничтожить опасного чужака. Даже если это приведет к гибели его отростков — деревьев. Интересно с чего такая враждебность?

Уйдя вверх, я едва разминулся с облаком щепок, но стоило несколько секунд не трогать лес — он совершенно перестал на меня реагировать. Я раскинул руки, отдыхая в потоке ветра, и телепортировался, только чтобы вернуть свое положение. А через полминуты понял, почему деревья в этом месте оказались агрессивней, чем в парке.

Ветер принес густой черный дым, идущий откуда-то с запада. Если верить карте, именно в той стороне должен быть штаб СВР. Гари было столько, что даже в переменчивом урагане она плотной пеленой закрывала все южное направление. Ориентироваться и дышать в ней оказалось совершенно невозможно, и мне пришлось прыгать к источнику, двигаясь чуть в стороне. В глазах темнело от переутомления, но я продолжал оставаться в воздухе.

Долго так продолжаться не могло, интерфейс вывел сообщение о снижении здоровья, будто я сам не чувствовал, что перешагнул за грань выносливости. Но любое приземление в лесу приведет к быстрой и довольно мучительной смерти. Это если меня живьем в удобрения не превратят. Так что я решился на приземление только спустя десять минут бешеного спринта. И тут же рухнул без сил, стоило ногам коснуться ветки.

Взрыв над моей головой заполнил воздух крупными иглами, сразу десяток стволов-щупалец ударил в место, где я приземлился, и только на рефлексах я прыгнул еще раз. Энергия и выносливость просели до нуля. Я задыхался от вездесущей гари, но уже видел ее источник — поднимающийся к небесам лесной пожар.