— Значит, осколки ФСО занимаются спасением? Очень интересно, и сколько они успели собрать людей? — спросил дознаватель.

— От пятисот до тысячи, — ответил я, вспоминая забитые людьми казармы.

— Как они снабжают их продовольствием? Мародерством? — уточнил собеседник, на что мне пришлось кивнуть. — Ясно. Где берут боеприпасы? По нашим расчетам, за прошедшие две недели с отрезанными путями снабжения они уже пусты.

— У них достаточно и оружия, и техники. Включая артиллерию, — коротко ответил я.

— Артиллерию? Откуда интересно. Какое охранение используют, сколько рот охраны? — продолжил допрос мужчина.

— Вы не о том спрашиваете, — поморщившись, сказал я. — Вас должно интересовать, как их оттуда вытащить, как помочь людям и обеспечить их безопасность.

— Крохотного поселения с бронемашинами и кучей оружия у нас под боком? Ты напираешь на то, что мы должны защищать и спасать. Верно, но не отдельных мародеров и преступников, а государство и нацию. И даже так мы спасли и эвакуировали почти десять тысяч беженцев. Продолжим, — покачал головой дознаватель. — Пароль от КПК?

— Пароль? — удивленно спросил я. — Я не ставил никакого пароля.

— Отпечаток, — кивнул он мне за спину, и рядом тут же появился охранник с армейским коммуникатором, от которого тянулась целая косичка проводов. Мне вывернули кисть, приложив по очереди все пальцы к сканеру. — Не работает? Спрошу еще раз — пароль?

— Понятия не имею, он просто работал. Да и пользовался я только картой, — пожал я плечами, дождавшись, пока охранники отойдут, а затем, чуть подтянув наручники, телепортировал их звенья, разделив цепь. Придержал их руками так, чтобы все произошло беззвучно и не было заметно со стороны.

— Вы отказываетесь сотрудничать? — с нажимом спросил дознаватель.

— Еще раз, я понятия не имею о пароле. Возможно, телефон перегрелся, пока я пробирался к вам через огонь. Или его ударила одна из веток, — ответил я. — Я здесь не для того, чтобы вам врать или вредить. Единственное, что меня волнует, — как дела у выживших в Зеленограде.

— При чем здесь мы, и какое отношение имеет к разговору Зеленоград? — на секунду собеседник даже растерялся.

— У меня там семья, а у вас — блок антенн. Вы должны были поддерживать связь. Вячеслав предполагал, что большая часть войск и учреждений была эвакуирована туда. А значит, у них должна быть связь! — настойчиво повторил я.

— Это не относится… — возразил дознаватель.

— Я. Должен. Знать! — сказал я, медленно выходя из себя. — Пока не выясню, что с ними, разговор не имеет смысла.

— Что ж, вы сами выбрали трудный путь, — поджав губы, кивнул дознаватель.