– Ломать – не строить. Да и не первую дамбу в своей жизни рушу… Обязательно лопнет, куда денется…

Но сомнения его всё-таки терзали. Может, потому и заложил в штольню лишних четыре сотни килограммов пороха, невзирая на жалобные стенания адмирала Ньюцигена:

– Как мы с таким мизерным запасом арсенала назад пойдём? Пушкам лишь на десяток выстрелов хватит!

– Ничего, ничего… Пусть стараются попадать с одного выстрела… И ты что, забыл, какая у нас теперь воздушная поддержка имеется? Мне главное, чтобы дамба основательно разрушилась, навсегда…

Ещё отряд помощников закатывал громадные валуны обратно, затыкая штольню, а самые тихоходные и громоздкие корабли уже стремились уйти по проливу как можно дальше от океана. По расчётам Менгарца, эскадре следовало отойти на сотни километров от дамбы, да ещё и прочно закрепиться якорями, растяжками, чтобы основная отливная волна не понесла эскадру обратно. Для загрузки отряда подрывников выбрали самую лёгкую, маневренную яхту, и она последней отправилась по проливу в сторону Шулпы. Ну а сам Менгарец, основательно пообедав на зелёной травке в компании с пернатыми друзьями, выждал определённое время и поджёг выведенный наверх фитиль. А затем уж в привычных верёвочных постромках взлетел в небо.

Ждать пришлось недолго. Грохот, последовавший за горизонтальным выбросом дыма и камней из штольни, не показался вначале громким. А вот последующие скрип и рёв воды уже оказались более существенными. Потом сразу довольно резко рухнула и понеслась в волне цунами примерно пятая часть дамбы.

Конечно, такого впечатляющего эффекта, как при взрыве плотины возле Радовены, не получилось. Всё-таки перед битвой с армией Гранлео воды в тамошнем водохранилище накопилось огромное количество. Немаловажно: тогда рухнула вся дамба одновременно. И напоследок: верхний уровень Радовенской плотины был чуть ли не в два раза выше. Потому и цунами там получилось невероятное по убийственной красоте и чудовищному размаху.

Но зато здесь в образовавшуюся брешь собирались в ближайшие дни пройти воды в миллионы раз большем объёме, чем те, что затопили долину Покоя и погубили неисчислимое войско Львов Пустыни. Ведь приподнятые искусственно воды только одного этого пролива невозможно было подсчитать. А ещё такой же пролив Стрела! А вдвое больший по объёму пролив Речной!

Глядя на ревущие потоки воды, которые постепенно расширяли брешь в плотине, Виктор даже забеспокоился про себя:

«Получается, что корабли ещё не скоро смогут идти против такого сильного течения. Оно тут всё раскопает! Скорее всего, даже берега подточит! И сколько ждать придётся, пока оно чуть стихнет? Да, сейчас бы эскадре очень не помешал сильный, лучше всего даже очень сильный попутный ветер!»