– Замолчи!! – кричу, спотыкаюсь и качусь кубарем. По спине проходится какая–то коряга. Больно...
В глазах красное... теперь белое. Наваждение сходит, но свет, озаряющий вокруг теперь другой, лес мутный, нечеткий, все расплывается. Дыхание мое громче звуков вокруг. Сердце бешено колотится, отдавая в уши. Веет эренни, запах энергии в воздухе, которую я жадно и глубоко вдыхаю в себя.
Я не сын Леонида, но принял его шпагу. Мне нужно успокоиться, сконцентрироваться. Доминика плетется где–то далеко. Убежал от нее. Но это ненадолго.
Представляю кабину своего мехара, как мой эренни погружается в гнездо энергоблока. В груди холодеет, будто все–все тепло уходит из меня. Дыхание перехватывает. Ветер... Теперь душно, практически нечем дышать, муть вокруг, белая пелена. В спину что–то ударяет мелкой дробью, со всех сторон рой пчел, метель, пыль, смерч. Мое тело сковывается, руки чувствуют твердые холодные ручки. Смотрю через мутное стекло. Я большой, я высоко. Все мое нутро торжествует, потому что я в кабине своего мехара, теперь пытаюсь дышать...
– Дзынь! – Приборы загораются медленно, реактор тоненько гудит, накапливая энергию.
Голени сдавливают фиксаторы, даже через сапоги чувствуются механические клещи. Дышу животом, так как не чувствую свою грудь. В какой–то момент мне даже кажется, что я разучился дышать вообще. Конечности колотит от морозного холода. Теперь ручки гашеток мне кажутся горячими.
Вижу, что передо мной стоит Доминика. Она внизу, тяжело дышит. Не могу рассмотреть ее лица, только как меняется силуэт при дыхании. Слишком загрязнилось обзорное стекло. Птичье дерьмо, пыль, грязь, листья. Все это накапливалось, щедро ложилось сверху, пока мехар Леонида покоился в лесу.
Не обращаю на нее внимания, оно направлено только на запуск робота... Пошли обороты. Машина затряслась, приходя в движение. Шаг... робот скрипит, он еще не разогрелся, энергия не успела достичь в накопителях нужного уровня. Половина ее тут же уходит на шаг. Стоп... я должен ждать. Но не могу. Им нужна моя помощь. Клавдий и Джой в беде. Как я мог допустить мысль о том, чтобы бросить их?!
Доминика сторонится. А я делаю новый шаг, еще и еще. Представляю, что мое стекло чистое. Концентрация... стекло чистое, чистое... Ноги немеют. Сил на магию не осталось. Голова пульсирует, предупреждая, что готова лопнуть от перенапряжения. Ничего не видно!
«Очисть мне стекло! Доминика, ты слышишь? Помоги!»
Долго ждать не пришлось. В глаза резанула синяя вспышка, чуть было не ослепив меня. Да... маркиза злится. Но стекло стало лучше. Впереди дерево! Я успеваю в последний момент... Ускоряю обороты. Дышу пылью и паутиной, что настойчиво лезет в лицо. Нос зудит, а почесать не могу, руки заняты на гашетках.