Она ответила себе на свой вопрос, и обретенное понимание наполнило Ракеллу почти зловещим ощущением одновременно неловкости и уверенности. Женщины, чьи тела давно обратились в прах, наблюдали за ней, вели, направляли и своими советами помогали принимать наилучшие решения.

Внезапно Тиция закашлялась и пошатнулась. Пока Кери Маркес пыталась удержать Верховную колдунью и успокоить ее, Ракелла достала из кармана флакон со своей вакциной.

– Твоя болезнь зашла уже очень далеко, но это лекарство изгонит ее из тебя и нейтрализует вирус.

Тиция, улегшись на пол, снова сотрясалась в пароксизме кашля. Синие от постоянного употребления специи глаза отекли и налились кровью, приоткрылось окно в ее душу – эта женщина в действительности была намного старше своих лет. Правда, на протяжении последнего времени она принимала большие дозы меланжа, отчего выглядела моложе. Впечатление усиливалось от интенсивной синей окраски склер. Все изменилось в одночасье, когда беспощадный Бич покалечил ее иммунную систему.

Собрав последние силы, Тиция оттолкнула Ракеллу.

– Я не хочу от тебя никакой помощи! Теперь ты знаешь о нашей базе генетических данных. Знаешь о компьютерах. Ты приведешь сюда фанатиков культа Серены, и они разрушат все, чего мы достигли.

– Я не хочу разрушать плоды ваших трудов, – возразила Ракелла. – Я хочу завершить их. Фанатики разрушили до основания госпиталь для неизлечимых больных, где я когда-то работала. Я не люблю их.

Тиция успокоилась, но ненависть в ее глазах заполыхала еще жарче. Она выпростала руку из складок одежды, промокшей от пота, в кулаке Верховная колдунья держала маленький, уже открытый флакон с горьким едким веществом. Пальцы ее были запятнаны маслянистой жидкостью. Ракелла моментально поняла, что это такое. Это было то самое россакское средство, которое едва не лишило ее жизни.

Ракелла бросилась к Тиции, чтобы помешать ей, но та силой своей ментальной энергии отбросила врача прочь. Флакон упал на пол и разбился. Прежде чем кто-нибудь успел остановить ее, Тиция поднесла палец к губам и слизнула жидкость. Одной капли оказалось более, чем достаточно.

Жизнь быстро покинула бренное тело, глаза Тиции остекленели, и она невидящим взором уставилась в бесконечное пространство.

Дающий и берущий по-разному толкуют слово «вознаграждение».

Данте, твердо стоя на механических ногах, принялся невозмутимо-скептическим тоном излагать свои возражения. Речь его лилась так гладко, словно он читал с листа. Другие два титана уже высказались и теперь внимательно слушали выводы.