Устроили привал.

В ход пошла тушенка, чему потрепанная Бочка несказанно обрадовалась. Переход через пустынный кластер, дался ей особенно тяжело. Кажется, даже шерсть местами высыпалась.

Получив свою заветную банку, она принялась с удовольствием поглощать свинину, при этом громко чавкая.

Употребив большую банку перловой каши с говядиной, подогретой на костре, я почувствовал себя бодрее. А когда Мара протянула мне пакет с витаминизированным напитком, я даже и не подумал отказываться.

— Артем, а почему ты согласился? — спросила девушка.

— Согласился на что?

— Ну, сотрудничать с Кокосом.

— Просто поверил ему, — чуть подумав, я принялся подбирать слова. — Терпеть не могу отморозков, а их здесь много. У меня моральные принципы таковы — помоги тому, кто в беде. Не люблю лгать, увиливать. Я простой как табуретка. А еще не люблю паршивых людей.

— О, их тут полно. Ты еще удивишься.

— Ну а ты? Ты почему с Кокосом?

— Он мне жизнь спасал, дважды. Меня как-то Шакалы поймали, изнасиловать хотели. А потом, как они обычно это любят, продают в рабство.

— Чего? — чуть не подавился я. — Здесь еще и рабство есть?

— Конечно. На фермах выращивают жрачку, копают колодцы. Строят дома. Некоторых содержат для удовольствия. Какое самое главное удовольствие у человека?

— Сон? Вкусная еда?

— Секс! — поправила меня Мара. — Особенно, когда жертва не имеет выбора. Короче, дерьмо такое.

— Шмель тоже таким занимается?

— Да он на этом выехал только так. Этот моральный урод вообще границ не знает. Думаешь, будь он нормальным, решился бы пробиваться к центру Бастиона, чтобы его подчинить?

Близился закат.

— Слушай, а где ночевать будем? — поинтересовался я, в который раз скользнув взглядом по ее майке.

— Есть тут старое автобусное депо. От него мало что осталось, но думаю, там можно обосноваться. Минут десять отдыхаем, затем выдвигаемся.