Ори смотрел старику вслед. Вокзалу было все равно, что город кипит, что все уже не такое, как прежде. Ори повернулся к станции спиной, впервые за несколько часов обретя слух, и услышал звуки борьбы и треск пожаров.

Глава 22

Глава 22

«Общий сбор, – гласило послание. – Немедленно». Ори нашел его приколотым к своей двери.

Отсутствовали только Торо и Старая Вешалка. Барон объяснял план.

– Не больше недели, – говорил он. – Столько у нас времени. По данным Бертольда. Нужно соблюдать осторожность. Это, – он нарисовал мелом квадрат, – комната наверху. Они будут там. Запомните: нападения никто не ждет, но справиться с клипейцами не так просто. Каждый из вас получит точные инструкции. Понятно? Запомните, как будете входить, что делать и как выходить обратно. И – все меня слышат? – не вздумайте отступать от плана, что бы ни случилось. Все поняли? Каждый делает то, что ему велено, а об остальном позаботятся другие.

«Значит, мы только одна из ячеек? – подумал Ори. – И есть другие, о которых мы не знаем?» Его товарищи беспокойно завозились.

Барон рисовал на плане новые и новые линии, повторяя инструкции до тех пор, пока они не слились в подобие мантры. Он говорил монотонно, как автомат.

Принесли новое оружие – винтовки, мушкетоны, огнеметы. Ори смотрел, как его товарищи чистят и смазывают их. Было видно, у кого дрожат руки. У него не дрожали.

С бесстрастной милицейской деловитостью Барон учил их занимать позицию, закрепляться на взятой территории. Они повторяли свои роли снова и снова, как будто репетировали пьесу. «Подход, поворот, шаг, шаг, подъем, захват, два, три, два офицера, два, три, шаг, поворот, наклон». Ори твердил свою инструкцию про себя. «Неужели у нас получится?»

– Возьмем неожиданностью, – вещал Барон. – У нас есть одно мгновение, единственная щелочка, чтобы просочиться внутрь. Им нечем будет нас удержать. И все-таки, Ори… – Он наклонился к юноше и без тени юмора, даже самого черного, сказал: – Не все из нас оттуда выйдут. Некоторым придется умереть.

Барон не выглядел напуганным. Похоже, ему было все равно, выйдет он или нет.

«Значит, и ты почуял?» – подумал Ори, имея в виду свою обособленность внутри банды. Он будто висел на тоненьком стебельке, который мог неожиданно оборваться. Ори до сих пор ощущал себя там, на незнакомых ночных улицах, бредущим вслед за Джейкобсом: он прощально машет старику, который неустрашимо шагает через обезумевший, опасный, оскверненный город. Мысленно Ори был с ним.