— Виктор! — воскликнула я и, схватив копье, бросилась на помощь.

В голове пронеслось все, чему меня учил Сих. Используй все преимущества, что у тебя есть. Обстановка, оружие. Мое оружие длиннее, удар дальше. Мышцы рук напряглись, стали твердыми, как дерево, и я выбросила вперед удар, вложив в него всю оставшуюся силу.

Но вдруг Лектор взмахнул своим оружием, лезвие стало длиннее в несколько раз, и острый обсидиан ударил меня по губе. Горячая кровь наполнила рот, языком нащупала, что обе губы были рассечены пополам, чуть правее середины.

Сплюнув кровь, я вновь бросилась в отчаянной попытке достать его. Было слишком очевидно то, что силы его на исходе, чтобы упустить такой шанс. Но в тот же миг, как я ударила копьем, обсидиановое лезвие раздвоилось, словно язык змеи, и обрубило древко пополам, одновременно блокируя атаку Виктора.

Лектор взмахнул рукой, кулаком ударил меня под дых и я согнулась пополам, не в силах сделать ни единого вдоха. Лишь могла сплевывать струящуюся в рот кровь и смотреть, как удар за ударом Лектор оставляет глубокие раны на теле Виктора.

Но мой взгляд уловил шанс на победу. Последний выход, последний вариант. Я потянулась рукой к лежащей на полу водной пушке, с трудом поднялась, простонав от боли в животе и набрала кипящей воды из источника. Дрожащие руки едва могли удержать оружие, но я из последних сил прицелилась и грудью нажала на рычаг.

Струя кипятка ударила Лектора в лицо, он завопил от боли, зажмурившись и закрывая глаза ладонью. В этот короткий миг Виктор вдруг обеими руками с силой обнял своего врага, не оставляя ему ни шанса вырваться. От жара его тела начало гореть и плавиться пальто Лектора.

— Нет! — закричал наш общий враг. — Нет! Не здесь!

— Беги! — крикнул мне Виктор. — Беги и не оглядывайся!

— Что мне делать?! — завопила я, придерживая порванные губы пальцами. — Что я должна сделать?!

— Парадигма! Ты поймешь, ты все поймешь! Беги!

Пошатываясь, я поднялась на ноги и из последних сил, спотыкаясь, побежала прочь. Я не оглядывалась, как и сказал тот, кто был до меня. Кто был таким же, как и я.

Лишь когда остатки Белой крепости остались позади, а меня поймала в свои объятия Кира, я оглянулась. Из-за ледяных стен ярко горел свет такой силы, что глаза начинали болеть и слепнуть.

— Клио, владычица солнца! — раздался многократно усиленный голос Виктора. — Защити мой народ от зла!

Ударная волна от взрыва отбросила меня и всех, кто был слишком близко к эпицентру. Я упала в глубокий снег, лишь видя над собой чистое, лишенное северного сияния небо, быстро растущий и угасающий огненный шар и одинокую звезду на небе, сверкнувшую на короткий миг. Мертвые горели в пламени чужого солнца, сотни тысяч душ теперь были свободны, заканчивали свой путь и избавлялись от страданий.