На следующий день он распорядился, чтобы руководитель горных работ установил строжайшие меры безопасности на ближайшие два месяца, и уехал по занесенным ветром следам арабского каравана, уводящим на северо-восток.

≈ * ≈

≈ * ≈

Как выяснилось, вместе с караваном путешествовал Фрэнк Чалмерс. Но он не видел и не слышал ничего о встрече с людьми Хироко, и никто из арабов не дал нужных сведений. Выходит, зацепка ложная. Или же это Фрэнк не позволил арабам признаться — а если так, то как он сам об этом узнал? Хотя арабы прибыли на Марс совсем недавно, они уже встали на сторону Фрэнка, в этом можно не сомневаться. Он жил с ними, говорил на их языке, а сейчас буквально оказался посредником между ними и Джоном. Провести независимое расследование было совершенно невозможно. Теперь разве что Полин могла бы найти что-то в потоке данных, но для этого не нужно было ходить за караваном.

Тем не менее Джон примкнул к ним на некоторое время, пока они кочевали по огромному морю песка — занимались ареологией и проводили кое-какие исследования. Фрэнк сопровождал его недолго: ему необходимо было поговорить с одним другом-египтянином. Он не мог позволить себе задержаться. Его работа в должности министра заставляла его путешествовать по миру не меньше, чем Джона, и их пути пересекались достаточно часто. Фрэнк руководил американским министерством Марса уже три срока, а учитывая, что это государственная должность, пусть он и находился на значительном удалении от Вашингтона, это было выдающимся достижением. Сейчас он вел надзор за инвестированием американскими транснационалами, такая ответственность заставляла его маниакально перерабатывать, и он раздувался от власти, из-за чего казался Джону деловой версией Сакса: постоянно находился в движении и размахивал руками, будто дирижируя музыке своих речей, а с годами стал читать свои речи очень быстро, как если бы выступал перед Торговой палатой.

— Нужно застолбить за собой этот Уступ, пока его не расхватали транснационалы с немцами, впереди еще куча работы! — Последнее было его любимой поговоркой, которой он обычно придавал убедительности, указывая на маленький глобус, что носил в кармане вместе с портативным компьютером. — Вот эти твои мохолы, я открыл их на прошлой неделе, один возле Северного полюса, три в районе шестидесятой широты на севере и три на юге, четыре вдоль экватора, четыре вокруг Южного полюса, и все они уютно расположены к западу от вулканических возвышенностей, чтобы ловить свои воздушные потоки, причем они прекрасно смотрятся. — Он вертел глобус, и голубые точки, обозначающие мохолы, сливались в голубые линии. — Приятно видеть, что ты наконец-то занялся делом.